Глаза Мики расширились, и было сложно оставить облик целым.
— Как ты понял в этот раз?
— По рту, — Калеб потер рукой волосы, растерянный. — Где Джессамин?
— Я слышала, что на уроке танцев.
— Я только пришел оттуда. Не важно.
— Погоди, — Мика коснулась его ладони, не дав ему уйти. — Я могу чем-то помочь?
Калеб серьезно обдумывал предложение, глядел на нее, словно мог видеть ее настоящее лицо. Но потом он покачал головой и нежно убрал ее ладонь со своей руки. Он задержался на миг, сжимая ее ладонь, а потом отпустил ее.
— Прости, что помешал.
Он ушел, оставив Мику смотреть ему вслед, гадая, был ли он немного размытым, когда уходил.
Она все еще пыталась понять тайну лорда Калеба, когда вернулась в покои принцессы, чтобы убрать лицо Джессамин и платье. Каким был его секрет? Если он был Пятном, это не объясняло его тревожный вид, когда он оттащил «Джессамин» в сторону. Таланты порой появлялись среди знати, и это не было поводом для беспокойства. Он чуть не признался ей. Как ее рот выдал ее? Она двигала губы перед зеркалом в большой гардеробной, чтобы форма была правильной.
Вдруг грохот раздался из общей комнаты. Мика тут же заняла защитную позу, шаги гремели по комнате. Она повернулась к двери с кулаками, и принцесса Джессамин распахнула ее.
— Так! — завизжала она. — Надеюсь, ты гордишься своим выступлением, потому что ты испортила месяцы работы. Не могу поверить, что тебе хватило наглости перечить моему дорогому отцу при его народе, еще и так глупо и непрофессионально.
Что-то в Мике лопнуло от едкого тона. Она сделала шаг к бушующей принцессе, расправила плечи для боя.
— Да, я горжусь собой, — сказала она. — Таланты рискуют жизнями каждый день ради этой империи, пока аристократы танцуют и сплетничают. Люди, как Эдвина и Руфус, заслуживают заботы после их работы. Таланты пропадали месяцами. Обсидиан проник в столицу, и мне надоело, что все делают вид, что это не происходит.
— Ты сумасшедшая, да? — голос Джессамин вдруг стал спокойным и тихим, и Мика была удивлена, что она не превратилась в другого человека. — Ты знала об этой проблеме сколько? Месяц? Тебе приходило в голову, мимик, что есть важная причина, по которой мы не говорим об этом открыто? Ты не думала, что мы пытаемся решить проблему? Нужно было болтать при всех?
— Я…
— Конечно, не думала, — сказала Джессамин. — Ты решила, что ты куда умнее, и только ты переживаешь, а не те глупые леди в своих платьях и со своими чаепитиями.
Мика отпрянула на шаг, как Эдвина, когда император ответил ей.
— Мы. Ищем. Пропавших. Талантов, — отчеканила Джессамин. — Информация, которую ты отправляла мастеру Киву, помогает, — Мика открыла рот, и принцесса взмахнула рукой. — Да, конечно, я знаю о другой твоей миссии. Но ты не знаешь, что совершает преступления не Обсидиан.
— То есть…?
— Кто-то, скорее всего член этого двора, похищает Таланты и держит их в империи.
Рот Мики раскрылся, вырос на пару дюймов, когда она все поняла.
— Это ужасно, Микатея. Честное слово, — Джессамин скрестила руки и посмотрела свысока. — Мы с отцом скрывали то, что знаем, чтобы повысить шансы поймать предателей.
— Простите, принцесса. Я не знала…
— Не знала. Но у тебя были приказы, и ты ослушалась их. Чтобы быть хорошим имперским шпионом, нужно следовать указаниям, даже когда не понимаешь их, — Джессамин вздохнула. — Жаль. Я надеялась на тебя. Будет столько мороки учить твою замену.
— Мою… замену?
Джессамин отмахнулась.
— Процветай, Микатея.
Принцесса прошла к зеркалам и стала расчесывать волосы, заплетать их в толстую косу на плече. Она была в одежде для верховой езды. Она пропустила урок танцев ради верховой езды? Зачем? И с кем?
«Не важно», — мрачно подумала она. Ее уволили. Мастер Кив ошибся. Ее навыков не хватило для службы принцессе — и теперь она знала, что Джессамин разбиралась в происходящем в империи больше, чем она ожидала. И она знала о сети шпионов мастера Кива больше Мики.