Пятно растянулось: лицо полковника ненадолго появилось прямо перед глазами Брюкса и снова поблекло, сменившись звуком затихающих шагов.
Который вдруг остановился.
– Не беспокойся, – сказал Мур. – Больше ты этого не увидишь.
Когда Брюкс проснулся в следующий раз, над ним склонилась Сенгупта.
– Как долго? – попытался Дэн и с облегчением услышал, что слова все-таки вышли изо рта.
– Ты можешь двигаться постарайся.
Он послал команду ногам и почувствовал, как ответили пальцы. Попытался шевельнуть руками: костяшки заржавели.
– Ш трудом.
– Скоро все будет в порядке. Это временно.
– Што она со мной шделала?
– Я работаю над вопросом послушай…
– Это был какой-то «крештовый глюк»… наоборот. – Язык буквально сражался со звуками. – Как она вообше… ишходники не глючат, у наш таких шхем нет…
– Я говорю работаю над этим. Послушай у нас сейчас есть проблемы посерьезнее.
«У тебя, может, и есть».
– Где Шим?
– Я об этом и пытаюсь сказать он наверху в форпике кажется вместе с Порцией…
– Што!
– Ну как нам узнать наверняка что эта плесень не распространилась она же могла покрыть всю станцию изнутри а мы бы так и не узнали. Могла легко дорасти прямо до двери и залезть к нам внутрь.
Симпатические двигательные нервы, по крайней мере, работали: Брюкс почувствовал, как волосы у него на руках встают дыбом.
– Кто-нибудь обраш… образцы брал?
– Я таким не занимаюсь я занимаюсь математикой а не с пробирками бегаю я даже протоколов не знаю.
– Не можешь их посмотреть?
– Я этим не занимаюсь.
Брюкс вздохнул:
– Что насчет Джима?
Сенгупта уставилась куда-то в стену:
– Никакой помощи он просто сидит и читает снова и снова письма из дома. Я ему сказала но кажется Муру наплевать. – Она покачала головой (и так легко это сделала), добавила:
– Он иногда спускается сюда тебя проверить. Вколол тебе кучу гамма-аминомасляной кислоты и спазмолитиков говорит сейчас уже все должно быть хорошо.
Дэн сжал пальцы, вышло неплохо.
– Да, похоже, все возвращается. Просто тело отвыкло.