Лианна даже не обернулась.
– В своем отсеке. Со свитой.
– Когда корабль сломался… я видел…
Лианна склонила голову, уставившись в какую-то точку на дальней переборке:
– Иногда, когда сознание отключается, мы видим странные вещи. Опыт клинической смерти, знаешь?
«Почти».
– Светящегося туннеля не было.
– А его никто не видит, – Лианна взялась рукой за перекладины. – Мозг откалывает разные штуки, когда его включаешь и выключаешь. В такие моменты своим чувствам верить нельзя. – Она остановилась и повернулась, не убирая ладони с лестницы. – С другой стороны, а когда можно?
Мур, хмурый, спрыгнул на палубу, когда Брюкс закончил натягивать комбинезон. В одной руке полковник держал личную палатку – свернутый цилиндр размером с предплечье.
– Слышал, ты решил к нам присоединиться?
– Постарайся менее бурно выказывать свою радость.
– Ты – дополнительная переменная, – сказал Джим. – А у меня и так много дел. И мы не сможем позволить себе роскоши приглядывать за тобой, если все пойдет наперекосяк. С другой стороны… – Он пожал плечами. – Я даже представить не могу, что решил бы иначе, окажись на твоем месте.
Брюкс поднял левую ногу и, балансируя на правой, принялся чесать розовую лодыжку (кто-то снял гипс, пока он был в коме).
– Поверь, я не хочу никому мешать, но тут для меня не слишком знакомая территория. Я не знаю правил.
– Просто… не мельтеши под ногами, это главное, – Мур кинул Дэну палатку. – Можешь располагаться где угодно. В отсеках тесновато – пришлось перенести довольно много оборудования при переделке трюма, – но пока народа мало. Поэтому найди место, разбей палатку и обстраивайся. Если что-то нужно, а интерфейс не поможет, спроси Лианну. Или меня, если я буду не слишком занят. Через пару дней из декомпрессии выйдут Двухпалатники: от них держись подальше. Не буду лишний раз говорить, что это вдвойне относится к вампирше.
– А если она сама решит быть ближе?
Мур покачал головой:
– Это вряд ли.
– Она приложила немало усилий, чтобы… спровоцировать меня.
– Как конкретно?
– Ты видел ее руку после того, как нам ось отрезали?
– Не видел.
– Она ее сломала. Свою собственную руку. Несколько раз. Сказала, что я неправильно кость вставил.
– Но она не напала на тебя и не угрожала.
– Не физически. Но она, кажется, очень хотела напугать меня до смерти.
Полковник хмыкнул:
– По моему опыту, этим тварям и стараться не надо, чтобы кого-то перепугать. Если бы она хотела тебя убить или сломать, ты бы уже умер. У вампиров есть… идиоматические речевые паттерны. Ты мог просто не так ее понять.
– Она назвала меня мясом.
– А Сенгупта – тараканом. Если я ничего не пропустил, ты и это принял за оскорбление.
– А я ошибся?