Потом Брюкс услышал еще один звук – глубокий, грохочущий, поглотивший и кашель изувеченных, и свистящий ор входящего паралича. Он почувствовал вибрацию огромных лопастей, раскручивавшихся глубоко под землей, и услышал глухое шипение пара, введенного в шахты. Растущий барабанный бой чудовища – стихии, рвущей собственные цепи.
– Это больше похоже на план, – пробормотал Брюкс.
Мур был в своем бункере, но разворачивающимся шоу не управлял. На смарткраске не мигали контрольные панели: никаких бегунков, шкал или кнопок. Все дисплеи работали в одну сторону. Где-то в другом месте Двухпалатники запускали двигатель, а Мур наблюдал, сидя в блиндаже.
При появлении Брюкса он обернулся:
– Они закрепились.
– Какая разница? Мы все равно порвем их в клочья.
Солдат повернулся к стене и покачал головой.
– В чем проблема? Они слишком далеко?
– Мы не сражаемся.
– Не сражаемся? Ты видел, что они с нами сделали?
– Видел.
– Там все мертвы или на пути к праотцам!
– Мы не мертвы.
– Это да, – нервы угрожающе пели в пальцах Брюкса. – И сколько мы протянем?
– Достаточно. Заразу подогнали специально под Двухпалатников. У нас времени гораздо больше. – Мур нахмурился. – Такую штуку в поле не сделаешь и за ночь не выведешь. Они давно это спланировали.
– Они даже предупредительный выстрел не сделали, суки! И не попытались вступить в переговоры.
– Они боятся.
– Это они боятся?
– Думают, что, предупредив нас заранее, попадут в невыгодное положение. Они не знают, на что мы способны.
– Может, пришло время показать им?
Мур развернулся и посмотрел Дэну прямо в глаза:
– Похоже, ты не знаком с философией Двухпалатников. Она, по большей части, ненасильственна.
– Пока ты, Лаккетт и ваши приятели обсуждаете философские тонкости всеобщего пацифизма, мы тут все без всякого насилия сыграем в ящик. – «Приятели». – А Лианна…
– С ней все в порядке.
– Никто из нас не в порядке. – Брюкс пошел к лестнице. Вдруг он успеет найти синтета, прежде чем обрушится потолок. Или обнаружит какой-нибудь чулан и спрячется.
Рука Мура сомкнулась на плече и развернула Дэна, словно тот был сделан из пробки.
– Мы не станем атаковать этих людей, – спокойно произнес солдат. – Мы не знаем, несут ли они за это ответственность.
– Ты только что сказал: они все спланировали, – прохрипел Брюкс. – Просто ждали повода. Ты сам видел, как они готовятся к наступлению. Насколько я знаю, ты слышал переговоры по рации и как эти уроды отдавали приказы. Сам все знаешь!
– Это неважно. Даже если бы мы сидели в их командном центре. Даже если бы разобрали их мозги по синапсам и проследили каждый нейрон, который привел к отмашке. Мы бы все равно не узнали наверняка.
– Да пошел ты! Не стану я под тебя прогибаться лишь потому, что ты решил попрыгать на старом аргументе про отсутствие свободной воли.