Она привычным жестом постучала пальцем по запястнику. Тихо, почти беззвучно произнесла:
– Тень.
– Средства переведены, – ответило устройство.
Кларк вздохнула и скинула рюкзак. Еле заметно улыбнулась одним уголком рта.
– И как ты меня хочешь? – спросила она.
Он хотел ее сзади, хотел ткнуть лицом в землю. Хотел называть «сукой», «шлюхой» и «ампутанткой». Хотел порезать своей самодельной дубиной.
Лени думала, можно ли это назвать изнасилованием. Ей не дали выбора. С другой стороны, она не сказала «нет».
Он ударил ее, когда кончил, наотмашь врезал по голове рукой, в которой раньше держал пистолет, но жест был словно символическим. Наконец метис откатился в сторону и встал.
Все это время Кларк как будто издалека, отстраненно, наблюдала за собственной плотью, а теперь позволила себе вернуться к виду от первого лица.
– Ну что? – Она легла на спину, тыльной стороной ладони стирая грязь с лица. – Как я тебе?
Он хмыкнул и принялся обследовать рюкзак.
– А вот там ничего нужного тебе нет, – сказала Лени.
– Угу. – Тем не менее что-то привлекло его внимание. Он вытащил костюм из черной блестящей ткани.
Тот начал корчиться у него в руке.
– Черт! – Метис уронил комбинезон на землю. Тот не двигался. Притворялся мертвым.
– Это что за хрень… – Бродяга взглянул на Кларк.
– Маскарадный костюм. – Она встала на ноги. – Тебе не подойдет.
– Чушь. Это же та отражающая кополимерная штука. Такую носит Ленни Кларк.
Кларк моргнула:
– Что ты сказал?
– Леонард Кларк. Глубоководный жаброчеловек. Он еще землетрясение устроил. – Мужик пнул гидрокостюм скрюченной ступней. – Ты что, думаешь, я не
знаю? – Он поднял руку с пистолетом и дотронулся дулом до уголка линзы. – Как я, по-твоему, их заполучил? Ты не первая поклонница в городе.
– Леонард Кларк?
– Я сказал уже. Ты глухая или тупая?
– Я дала себя изнасиловать, кретин. Тебе. Так что, похоже, тупая.
Бродяга долго не мог отвезти взгляд от ее лица, а потом сказал:
– Ты и раньше это делала.
– Ты даже не представляешь, сколько раз.
– Что, стало нравиться?
– Нет.