— Это он так желает тебе доброго утра Нуа. Не обращай внимания, просто не выспался.
— Доброго утра, — улыбнулась сестре мелкая. На меня она смотрела либо испуганно, либо удивлённо.
— Это не отменяет вопроса, — почему меня вообще должно волновать как она смотрит. Дурацкое утро, бесит все сильнее.
— У меня нет лошади, — запинается в ответ.
— Ты собралась пройти материк на своих двоих? — хмыкнул я.
— Я очень выносливая, и совсем вас не замедлю. — снова тараторит.
— Погоди, Нуа, — сестра спешилась — так нельзя. Ты все равно устанешь, а мы будем продвигаться слишком медленно. Тебе нужна лошадь, — о теперь она и на Сею уставилась с ужасом — я помню, что у тебя нет денег. Но твое обеспечение оплачено, так что мы что нибудь подберем. — девчонка практически побелела.
— Можешь не стараться. Ты не умеешь кататься, так?
— Да, — она уставилась в пол — у нас в храме не было лошадей.
— Да твою ж… — начал было я
— Заткнись, — перебила сестра — так, ну ничего. Ты можешь пока поехать со мной, а как освоишься, уже будем решать.
— Нет, — перебил я женскую идиллию — поедешь со мной. Твоя лошадь слабее, да и женское седло не рассчитано на двоих.
— Тоже верно, — задумалась сестра — согласна. Если что просто скидывай его с лошади? — попыталась она разрядить обстановку.
Тщетно. Мелкая оцепенела. Со стороны не понятно, но я буквально чувствовал ее ужас. И откуда только такая эмпатия? Ладно, к черту! Спешился, подошёл к девчонке и склонился, прямо к ее лицу.
— Успокойся. Конь со мной не первый год. Я считай в седле родился. Все будет хорошо. — она смотрела на меня своим дрожащим взглядом. Боги, да хотелось ее обнять и просто укрыть от мира. Что за беззащитное создание? — Эй?
— Да, — прошептала она, и облизала видно пересохшие губы. А я чуть не взвыл. Как будто этому языку нужно было найти другое применение и срочно.
— Все будет хорошо. Веришь мне? — да что со мной такое. Идиотский вопрос. Но что-то затрепетало, между нами, после него. Словно маленькая птичка попалась в силки. Я замер, как будто ответ меня правда интересовал.
— Верю.
Мы подошли к лошади, и я усадил маленькое недоразумение. Она вообще чем питается? Воздухом? Девчонка ничего не весит. Сел сзади, взял поводья и наклонился вперёд.
— Нам предстоит долгая дорога. Ты можешь трястись от страха, тогда путь будет сложным и неприятным. А можешь успокоится, откинуться и любоваться пейзажами.
— Вам же будет тяжело? — удивилась она. А мне пришлось напрячься чтобы сдержать улыбку. Какая заботливая, надо же.
— Не будет. Это моя работа.
И я повёл лошадь вперёд, Сея повела лошадь рядом. Мелкая по-прежнему сидела оцепенев. Мне в принципе без разницы. День в седле и так скорее всего скажется на ее самочувствии. Боль в мышцах, мозоли и прочие прелести не привыкших к долгим переходам. А если она к этому хочет сама добавить проблем, ее выбор. Я предупредил.
Мы выехали на тракт. Я не любил тракт. Долгая дорога, скучный пейзаж. Все что разбавляло бесконечные поля до самого горизонта — это периодически встречающиеся фермы. Через несколько часов пути мелкая стала расслабляться. Однообразная картина, монотонное движение, видно ее укачали. Девчонка медленно, осторожно, начала откидываться. И здесь окаменел я сам. Словно боялся спугнуть этого маленького котёнка. Который начал практически сворачиваться клубком у меня в руках. Она поерзала и наконец нашла для себя удобное положение, а я всем телом чувствовал ее прикосновения. Тонкая спина, аккуратные бёдра, даже свою миленькую головку она устроила у меня на груди. Я подстроился под девчонку, и мы ехали словно две правильно сложённые половинки. Даже раздражение куда-то ушло. Словно этот мелкий комок меня успокаивал. Или это делал запах. От девчонки пахло чем-то странным. Лесом, после дождя, цветочным полем, которое вот вот распустится, от неё пахло домом. Мне не нравился этот запах. Потому что у меня не может быть дома. У меня есть только Сея, и этого достаточно. Но почему-то хотелось вдыхать ее снова и снова.
Нуа
Когда я поняла, что произошло — было уже поздно. Я устроилась на мужчине, словно в кресле в библиотеке. Хотя нет. Даже лучше. Я чувствовала, как перекатывались натренированные мышцы, как уверенно он правил лошадью. Мне хотелось остаться в этом кольце рук навсегда. Святой лес! Это же нужно впасть в такое восхищение от первого мужчины. Да что со мной такое? Хотя я знала что. Он олицетворял все то, чего у меня никогда не было. Свобода, уверенность, сила, независимость. Мне хотелось быть такой же. Как он, как Сея. Громко смеяться, понимать что происходит в мире, никого не слушать. А главное не думать о том, что вся твоя жизнь — сводится к одному дурацкому ритуалу. Но я не могла даже впасть в раздражение, слишком мне было спокойно и хорошо. Перед глазами открывался простор. До самого горизонта лишь земля, да дорога. Мы ехали по тракту, а он шёл вдоль леса. Поэтому меня пейзаж заворачивал. Он был так не похож на то, что я видела перед собой всю жизнь. Или причиной тому было тепло разливающееся по телу от соприкосновения с ним. Мар. Мариам. Его имя мурлыкало у меня на языке. Хотелось его не произносить, а шептать. Интересно, а как звучало бы мое имя из его уст. Пока я слышала только мелкая, да девчонка. Неудивительно. Вряд ли он смотрел на меня как-то иначе, чем как на ребёнка. Это хорошо. А я постепенно освоюсь. Увижу ещё других мужчин, попривыкну к обществу и успокоюсь. Ведь успокоюсь?
Мы провели в дороге весь день. И, на мое счастье, стали искать место для лагеря. Сошли с тракта в пролесок, и Сея отправилась выбирать место. А я попросила спешится, чтобы передохнуть. Все тело ломило, мышцы сводило. Можно, конечно, обратится к лесу, но тогда сразу станет понятно, что я не обычная служка в храме. Друиды никогда не были низшими работниками, даже самые слабые. Придётся терпеть. Стиснув зубы, я растирала ноги. Мне не привыкать, основы самостоятельной первой помощи я освоила намного быстрее, чем смогла добиться хоть каких-то успехов на тренировках с Аэлем. Наставник гонял меня, как будущего солдата, постоянно приговаривая, что мне до последнего придётся держать силу друида в секрете, и уметь постоять за себя без защиты леса. Вот такая ирония. Долгие годы тренировок и бесконечное терпение Аэля сделали своё дело — я была выносливой, быстрой и могла дать неожиданный отпор. Который совсем не вязался с моей внешностью. Хотя, конечно, против такого как, Мар я могу только сделать несколько выпадов и постараться скрыться. Как бы я не старалась, силы все равно не прибавилось с годами, моим оружием оставалась только ловкость. Но тренировки это одно, а вот целый день в седле, оказалось совсем другое. Поэтому я привычно разминала окаменевшие мышцы, стараясь хоть чуть-чуть уменьшить боль.
— А ты знаешь, что делаешь, — хмыкнули где-то сверху и мне пришлось поднять глаза. Мар сидел в седле и внимательно следил за каждым моим движением.
— Да, в отличие от верховой езды, этому я обучена, — напряглась в ответ.
— Странный у вас храм со странной программой обучения для библеотекарской служки. — черт. Об этом не подумала.