— В порядке.
Генри обвёл её взглядом. Ему было около шестидесяти, и он был в отличной форме и силён, как мужчина младше его в половину. Его работа — его религия, и мужчина сделал безопасность своим главным приоритетом.
— Это кровь на твоих руках?
«Да, чёрт возьми». Она спрятала руки за спину.
— Я в порядке, правда.
Реми заворчал.
— Её чуть не убили. В порядке даже не близко к тому, как она себя сейчас чувствует.
Она проигнорировала его.
— Ты в порядке, Генри?
— Я был на другой стороне машины, — он резко вдохнул и выдохнул. — Видел, как парень приближается. Как нацелился на тебя.
Да, и она тоже думала, что машина нацелилась на неё. Её взгляд упал на лимузин… левая сторона была искорёжена… рама смята, сильные следы удара от другой машины.
— Не волнуйтесь, видеокамеры уловили водителя, — голос Реми был глубоким и странно вкусным звуком. Она не должна считать его сексуальным не тогда, когда они стоят на уличном тротуаре на обозрении у всех вокруг. Не тогда, когда несколько сантиметров отделяли ее от удара внедорожника.
Реми вынул свой телефон.
— Я вызываю полицию.
Полиция. Да. Правильно. Вот, что они должны сделать. Вызвать полицию. Ответить на все вопросы, которые зададут власти. Написать заявление. Она не может просто покинуть место преступления.
Или вернее, ей не полагается покидать место преступления. Но…
Её подбородок приподнялся.
— Машина всё ещё на ходу, Генри?
Он моргнул. Немного наклонил голову набок, по-видимому, обдумывая этот вопрос.
— Удар был нанесён довольно близко к бензобаку. Я не чувствую запаха топлива, но не уверен, что нам следует рисковать…
— Вы не уедете, — голос Реми звучал как приговор.
Она хотела сбежать как можно быстрее. Но, к сожалению, у судьбы были другие планы на эту ночь.
Как по чьему-то сигналу на расстоянии раздалось завывание сирены. Может быть, один из зевак попытки наезда вызвал копов и сбежал.
— Дай нам минутку, Генри? — пробормотала Кеннеди.
Генри отодвинулся, чтобы лучше осмотреть лимузин.
Она глубоко вздохнула один раз. Потом ещё раз. А затем…
Реми вытащил её руки из-за спины. Он перевернул их и посмотрел на её ладони.
— Ты ранена.
Его пальцы порхали над её кожей.
Она задрожала.