— Я не была больна.
Она слышала, как он сделал шаг в её сторону. Кеннеди не оглянулась на него, было проще просто продолжать смотреть на пламя.
— Мои рёбра были сломаны, — её руки затряслись. — Я осталась дома, потому что была ранена.
— Почему, бл*дь, твои рёбра были сломаны?
«Идеальные семьи — идеальная ложь».
Пламя танцевало.
— Меня столкнули с лестницы.
— Что? — его рука дотронулась до её плеча.
Она вздрогнула.
— Если ты продолжишь прикасаться ко мне сейчас, я не уверена, что смогу рассказать тебе всё.
Его рука напряглась, но потом Реми отпустил её.
— Это тяжело, — суровое признание вырвалось из неё. — Потому что по-прежнему причиняет боль.
— Кто столкнул тебя с лестницы?
— Кайл и мой отец ссорились. Я пыталась остановить их. Я встала между ними. Это был несчастный случай, — она не хотела, чтобы кулак её отца врезался в Кайла.
Но Кайл толкнул её назад, и она поскользнулась на ковре наверху лестницы. «Вниз… вниз, падая слишком быстро».
— Кто. Толкнул. Тебя?
— Это был несчастный случай, — само падение было несчастным случаем. — Кайл пытался убрать меня с дороги, чтобы я не пострадала. — Пламя вспыхнуло выше. — Видишь ли, мой отец никогда не причинял мне вреда. Он придерживал это для Кайла. — Она могла рассмотреть его в огне. — Но я так устала от того, что моему брату причиняли боль.
— Я хочу, чтобы ты посмотрела на меня.
Она не хотела смотреть на него.
— Детка, пожалуйста.
— Почему ты называешь меня деткой? Твой голос становится нежным, когда ты так делаешь, и это заставляет меня думать, что тебе не всё равно, — она тряхнула головой и распрямила спину. — Мы можем стать любовниками, но ещё слишком рано для заботы. Слишком рано для красивой лжи. Вообще-то, я считаю, что уже и так устала от всей этой лжи.
— Посмотри на меня, Кеннеди.
Глядя в огонь, разве она не просто пряталась?
— Проще рассказать историю, если я не смотрю на тебя.
— А мне легче понять правду, если ты это сделаешь.
Она говорила правду. Медленно, Кеннеди повернулась к нему. Он смотрел на неё, и его взгляд был таким глубоким и тёмным.
— Расскажи мне, — настоятельно потребовал он.
Её сердце заколотилось в груди, а когда девушка заговорила лишенное эмоций и интонаций спокойствие в ее голосе сильно удивило её.
— В моём доме было много ярости.
У него дернулся мускул на челюсти.