На сей раз, когда он взял ее за руку, поднимая из-за стола, она не противилась.
— Но вы же понимаете, я ничего не могу обещать, — не умолкал Гарри. — Ваш английский не так уж плох, то есть на самом деле он очарователен, но есть пассажи, которые я бы хотел, чтобы вы мне прочитали. Вы согласны?
— Почему нет? — ответила она, пожав плечами.
На улице, в полном восторге от своего успеха, с бьющимся сердцем, Гарри вдруг говорит:
— Пройдитесь! Пройдитесь чуть впереди меня.
— Зачем?
— Делайте, как я сказал. Пожалуйста.
Она поплыла впереди.
— Потрясно. Абсолютно потрясно, — одобрил Гарри, догнал ее и взял под руку. — Ну, пошли!
Положенной недели траура Джейк не высидел, улетел на день раньше из-за дурацкой, постыдной и ненужной ссоры с родичами. Воспоминание о ней было мучительно. Ох, как мучительно! Болтаясь в синем небе над Лабрадором в самолете, летящем в Лондон, временами задремывая, Джейк несся над рифленой стальной Атлантикой, но мыслями снова и снова возвращался к спору с дядей Эйбом — уж теперь бы он по-другому, все бы сказал как следует!
Англия заявила о себе болью в ухе, воздушными ямами при снижении и непременной грядой гнусной облачности на подлете. В Хитроу он вышел мрачнее тучи, хотя впереди, уже завтра, ждала поездка на Корнуолл, Нэнси и дети.
В доме горел свет. Неужто он забыл?.. «Ах нет, там, видимо, Гарри, черт бы его… — подумал он, — …черт бы его взял-то», — и повернул ключ.
В коридоре сладковато пахло какими-то воскурениями.
Войдя в гостиную, увидел девицу. Мутненькие голубые глазки. Жидкие светлые волосы. Лошадевата. Она вышла в гостиную из кабинета и от неожиданности замерла, но тут же нарочито непринужденно наклонилась, подняла с полу шаль и прижала к грудям. Следующие несколько секунд он потом вспоминал как стоп-кадр: оба замерли и только смотрели друг на друга. Джейк раздраженно, с нетерпением, девушка — прислонившись к дверному косяку и застыв, будто ожившая картинка, предваряющая главный разворот «Плейбоя».
— Да? — сказала она.
— Это мой дом! — раздраженно бросил Джейк. — Моя фамилия Херш. — После чего, словно в подтверждение права собственности, швырнул на диван дорожную сумку, про себя подумав, что ведет себя агрессивно, можно сказать даже жлобски, как какой-то из героев А.Д. Кронина — был у него такой тиран-папаша, который тоже, возвращаясь в дом, всех там гонял[351].
Девушка удалилась в кабинет, оттуда послышалось хихиканье, шепот, после чего появился обеспокоенный Гарри.
— Слушай, ради бога! Надел бы хоть что-нибудь.
Гарри стал натягивать брюки, идиотически при этом ухмыляясь.
— Ты должен был вернуться только завтра…
— Я передумал.
Надев штаны, Гарри схватил Джейка за рукав и умоляюще прошептал:
— Я ей сказал, что я киношник. Режиссер. Не выдавай меня, ладно, Джейк?
Тут снова вышла она, встала в дверях, на сей раз вся завернутая в шаль.
— Хочешь ее трахнуть? — шептал Гарри. — Она насчет этого сама не своя. Сделает все, что душе угодно.
— В данный момент, Феллини, я сам не свой насчет одного. Насчет выпить. — И, резко развернувшись, рванул, шагая через две ступеньки, к себе в комнату, причем споткнулся только раз.
Коварный Гарри послал к нему Ингрид с подносом. На нем «Реми Мартен» и бокал.
— Вы сердитесь на нас, — сказала она.
— А вы наблюдательны.
— Вы интеллектуал?
[351] Джеймс Броуди — персонаж романа «Замок Броуди» Арчибальда Джозефа Кронина.