— Речка слишком узкая, Посланник. Чтобы развернуться, нос придется выносить на берег. Для этого его нужно закрепить, не соскользнул — ударится о дно или другой берег, может корму переломать. Мы тогда тут навсегда останемся. Пусть люди отдохнут, колья заранее в землю вобьют. А завтра со свежими силами за корабль возьмемся.
— Там что-то происходит, мой господин, — указала в степь Нефтис.
Правитель вскочил. Неподалеку среди травы катался один из гребцов, а еще несколько бежало к нему на помощь. Поведение пострадавшего очень неприятно напоминало нечто совсем недавнее.
— Как это случилось, Нефтис?
— Он просто шел, мой господин. Потом вдруг закричал и упал.
Пострадавшего принесли на корабль. Он уже не хныкал, смирившись с болью, а просто зажимал пострадавшую ногу.
— Покажи, что у тебя? — потребовал Найл. Мужчина убрал ладони, и стала видна глубокая округлая рана в мякоти икры — словно кто-то откусил там себе кусочек. А может, и вправду откусил.
— Ты видел там кого-нибудь? — потребовала ответа Назия. — Зверя, насекомое, растение. Ну, хоть что-нибудь?
Раненый замотал головой — Ну-ка, — распорядилась морячка, — осмотрите место, где все это произошло. Только очень внимательно.
Обследование травы и земли дало самый неожиданный результат: трое новых пострадавших, причем у одного откушены два пальца на руке — но даже он не заметил, кто нападал на путников среди совершенно чистой травы.
Назия, решив больше не рисковать, приказала всем вернуться на корабль.
— А можно развернуть судно без веревки? — поинтересовался Найл. — Если не посылать людей вбивать колья, на них никто не нападет. Просто навалимся все вместе, перенесем нос по берегу, и покатимся назад, вниз по течению.
— Придется рискнуть, — хмуро согласилась женщина. — Но тогда не имеет смысла ждать рассвета. Давайте все за борт!
Мужчины попрыгали на мелководье, облепили нос судна, как муравьи жука-оленя, дружно поднатужились и переместили его на несколько шагов вправо, положив в зеленую прибрежную траву. Несколько минут переждали, потом опять взялись и сдвинулись еще немного.
Найл резко оглянулся, внезапно почувствовав движение.
Зашелестела трава, пригнулось несколько колосков:
— А-а! — один из гребцов рухнул на бок, и схватился за ногу. — Помогите!
Но стоило людям броситься к нему, как с другой сторону закричал от боли другой моряк.
— Все назад! На корабль, быстрее! — Назия поняла, что еще немного и ее оставят без команды.
Мужчины не заставили себя уговаривать — лишь только подхватили с земли пострадавших. Тут же выяснилось: первый раненый получил еще один укус — в плечо.
— Мы попались, — заметалась по палубе морячка. — Мы не сможем выбраться отсюда никогда. Никогда.
Умирать от голода на затерянном в степи мореходном корабле ей не хотелось. Да еще такая насмешка судьбы: на корабле — в степи!
Найл стоял у борта и внимательно следил за колебаниями травы. Вот они раздвинулись один за другим, пропуская невидимое тело. Вот резко полегли, принимая вес. Вот опять заколебались длинной чередой.
— Там кто-то есть! — указал правитель вниз. — Точно есть. Но он почему-то невидим.
— Как нам от него избавиться? — остановилась морячка.
— Подожди, Назия, дело не в нем. Наши Богини изменяют природу вокруг себя, порождают новые виды и неведомых чудовищ. Вот, смотри: внизу бродит невидимый хищник. Совершенно невидимый! Может, это и есть тот самый признак близкого семени, который мы так долго искали?
— Возможно, вы правы, Посланник, — прикусила губу Назия. — Но за два часа мы потеряли трех человек, а судно лежит наполовину на берегу и не способно передвигаться. От этого хищника нужно избавиться, пока он не сожрал всех! Командующая флотом не преувеличивала. В ее понимании человек, не способный бегать по палубе, лазить по такелажу или грести несколько часов без отдыха ничем не отличался от мертвого.
— Он не один, Назия. Вон, видишь примятую траву? Там лежит один. Вон полукругом шевелятся колоски. Это второй. Здесь прямая тропка протоптана. Там третий отдыхает. У меня вообще сложилось ощущение, что эти невидимки сбегаются сюда со всей округи в надежде поживиться. Нужно попытаться узнать, откуда. Возможно, семя там.
— Где? Мы не знаем, откуда приближаются эти невидимки…
Морячка обращалась к правителю, но он уже исчез. Стряхнув с себя мысли, как ненужный хлам, Найл провалился, словно в холодный омут, в сумрачный ментальный мир. Он тянулся, тянулся, тянулся от корабля во все стороны, но нигде не смог ощутить просветления, выдающего скопления живых существ. По степи путешествовали лишь редкие искорки жизни, немалая часть которых скопились вокруг путников.