— Ты хочешь сказать, Дравиг, — с улыбкой покачала головой Ямисса, — ты разбудил меня только для того, чтобы сказать, что теперь я могу спать спокойно?
— Вя-я… — испустил смертоносец импульс растерянности.
— Ничего, — рассмеялась княжна, — все хорошо. Ты знаешь, Дравиг, вот уже несколько ночей подряд меня посещает странный сон: будто приходит Найл, садится рядом на постель, гладит по голове, и рассказывает, что он жив, что с ним все хорошо, и что находится он в десяти днях пути вдоль побережья на юг, в каком-то заболоченном заливе…
— Я немедленно пришлю к вам Назию, правительница, — немедленно откликнулся паук.
— Но это всего лишь сон, Дравиг!
— Что бы это ни было, — ответил старый восьмилапый военачальник, — но это единственная конкретная информация, которая у нас есть.
Паучиха появилась радом со своим дорожным куполом еще до рассвета, и если не разбудила Найла, то только потому, что не поняла, что с ним происходит.
Она решила — гостю не хватило воздуха, и он потерял сознание. Поэтому, пока правитель бродил по своему «ночному миру», в дневном Толстушка таскала ему воздух.
Когда только-только приоткрывший глаза Найл обнаружил рядом с собой восьмилапую самку, он сразу понял, что на раскачку ему не оставят ни минуты.
— Где он тебе нужен? — поинтересовался Посланник, не потрудившись даже сесть.
— Над жилыми куполами.
— Так я и думал, — Найл сделал глубокий вдох, перевалился через край постели и упал в воду.
Поплыл он не к куполам, а к колодцу. Опыт двух последних прорывов через плавучие водоросли снизу подсказывал ему, что это не самый легкий из возможных путей.
Поэтому Найл вылез из колодца на поверхность, пользуясь упругостью цементирующих нитей поднялся на колени и внимательно огляделся. Шпиля храма он не разглядел — хотя и надеялся, а вот белое пятно на месте старого закрывшегося колодца заметил. Жилые купола должны были стоять именно под ним.
— Великая Богиня, за что такое мучение?! — взмолился напоследок Посланник, после чего лег на брюхо и пополз.
Путь к старым цементирующим нитям занял всего лишь около часа. Наверное, благодаря хорошему отдыху. Подкатившись к середине пятна, правитель убедился, что закрылся колодец плотно, надежно. Найти какую-нибудь дырочку, чтобы ее расширить, не представлялось возможным совершенно. Поэтому Найл, не тратя время понапрасну, откатился к самому краю пятна, выпростал ноги на водоросли, после чего сделал то, о чем мечтал с самого начала — встал. Встал, и тут же провалился.
Найл не ушел под воду только потому, что широко расставил руки и всем весом оперся о них.
Для начала правитель начал раскачиваться из стороны в сторону, расширяя отверстие в верхней его части. Когда стало свободнее — достал меч и принялся резать гнилую массу крупными кусками, которые тут же отбрасывал далеко в сторону.
Колодец получался широким, метра полтора. Найл сидел в нем, откинувшись на один край, упершись ногами в другой, а мечом резал на ощупь все вокруг себя и под собой. Когда поручившаяся воронка показалась достаточно широкой, он толкнулся вверх, сдвинул ноги и солдатиком ушел вниз, пробив оставшуюся тонкую корку.
Ее он просто доломал руками, после чего позвал Толстушку:
— Плыви сюда!
Он опять, как несколько дней назад Лазуна, ухватил ее за паутину и потянул наверх за брюхо. Здесь лаз был сделан куда более-широким, поэтому паучиха вынырнула под солнце с первой попытки.
— Давай, действуй, — Посланник жестом показал ей, чтобы она начала выстилать паутину.
После закрепления краев Найл быстро вычерпал оставшуюся грязь и к полудню колодец оказался готов.
Донельзя довольная Толстушка сама показала Посланнику свободный жилой купол с уже натянутой горизонтальной перегородкой, а через час принесла ему и честно заработанного тунца.
Найл сытно и с удовольствием перекусил, после чего улегся на перегородку и стал прикидывать, каким образом действовать дальше. Судя по всему, не сегодня-завтра флот покинет город и двинется сюда. Еще дней через десять корабли будут здесь. А он тем временем не только не придвинулся к морю, но и даже отступил назад на пару километров. Требовалось срочно что-то предпринимать.
Судя по тому, что ему удалось увидеть с воздушного шара, Золотой мир от моря отделяет девять дневных переходов. Примерно триста километров.
Но это по побережью. Если считать по прямой — получится почти втрое меньше. Где-то километров сто. Пусть он отошел от храма триединого бога километров двадцать. Тогда за десять дней ему нужно преодолеть восемьдесят километров.
Восемь километров в день! Мелочь! Пешком по пустыне такое расстояние можно пройти за три часа!
Вот только они не в пустыне…