— Замуруем, замуруем, — зловеще пообещали гости, подхватили новобрачных, шустро подволокли к шатру и затолкали внутрь.
Под обширным пологом стояла застеленная постель, столик с большим кувшином вина, двумя бокалами и чашей фруктов, да одинокий стул.
— Ну ладно, — княжна сняла сандалии, забралась на постель и откинулась на подушки. — Иди сюда, доказывай, что не обманул.
— Кро-ви, кро-ви, кро-ви! — внезапно начали скандировать на улице. Потом послышалось бульканье, довольно кряканье, негромкие голоса. Гости явно занялись угощением.
Найл тоже скинул сандалии, забрался к Ямиссе, поцеловал в ароматно пахнущие яблоками губы. Потом еще и еще. Он целовал ее глаза, брови, щеки, подбородок, шею…
— Нет, — возмутился кто-то на улице. — Это было вино!
И дружный хор голосов тут же подхватил:
— Кро-ви, кро-ви, кро-ви!
— Нет, я так не могу, — отодвинулась девушка. — Как посреди площади лежишь.
— Кро-ви, кро-ви, кро-ви!
— Кошмар какой, — она передернула плечами и попросила: — Налей вина.
На улице опять наступила относительная тишина. Ямисса выпила полбокала терпкого, темно-красного напитка, а потом негромко, словно пробуя голос, крикнула:
— А-а!
— Да! — немедленно и с воодушевлением подхватили за стенами шатра. — Давай! Давай еще! Сильнее!
— А-а-а!!! — заорала княжна во всю глотку, уткнулась носом в подушку и затряслась, вздрагивая плечами.
— Ты чего? — заволновался Найл, присаживаясь рядом, повернул девушку к себе и увидел заплаканные глаза и смеющийся рот.
— Чего-чего, — хихикнула Ямисса. — Положено так.
И она восторженно завопила:
— А-а-а-а-а!!!
— Так ее, так! — орали на площади. — Еще! Сильнее, сильнее давай!
— С ума вы все посходили, — покачал головою Найл.
— Еще вина налей, — попросила девушка, давясь от смеха.
— Кро-ви, кро-ви, кро-ви! — требовали из-за стен шатра.
Княжна откинула покрывало, и широким жестом полила белоснежную простыню вином из бокала. Оценивающе посмотрела, покачала головой, взяла кувшин и полила еще, пытаясь изобразить более-менее правильный круг.
— Ну, как? — спросила она, оглядываясь на Найла.
— Они подумают, что я тебя зарезал, — ответил правитель.
— Пусть думают, чего хотят, — девушка набрала в легкие как можно больше воздуха и, жмурясь от натуги, выдохнула оглушительное: — А-а-а!!!
— Да, да! — подхватили снаружи. — Еще давай! Кро-ви, кро-ви!
— На, — девушка сорвала с постели простыню. — Иди, покажи, что я была девственницей.
Найл покорно взял за углы мокрую ткань, подошел к выходу, откинул полог и вздернул простыню перед собой.