Люди замахнулись снова. Паук, из левого бока которого торчало три копья, неуклюже попятился. Трое двуногих резко выдохнули, выбросив вперед оружие. Ноги смертоносца ослабли, и он плюхнулся животом в траву. Последнего вопроса, который задал умирающий боевой паук по имени Мохнатый не услышал никто. Этот вопрос навеки остался в никогда не закрывающихся глазах: «За что?».
– Ловко мы его, – Навул выдернул копье из мертвого паука. Он и понять ничего не успел.
– Сейчас мы не излучаем никаких мыслей и никаких эмоций, – напомнил Найл. – На ментальном уровне нас нет вообще. А смертоносцы как раз мысленному восприятию доверяют больше, нежели всем остальным вместе взятым. Давайте оттащим его под куст, а то с реки заметить могут.
Братья выдернули оружие из тела погибшего врага, взяли его за лапы, оттащили в сторону и прикрыли наломанными тут же ветками.
– До завтра долежит, – махнул рукой правитель.
– Посланник, – неуверенно окликнул его светловолосый Белаш, – у моего копья наконечник обломался.
– Брось, – махнул рукой Найл, – мы их потому и взяли по четыре штуки, что ломаются часто.
– Куда дальше? – бодро спросил Навул, пряча оружие за спину.
– Не расслабляйся, – предупредил правитель. Сейчас мы сделали только самое простое. Про тех пауков, которые на реке, рыбак знал. Смертоносца у квартала жуков-бомбардиров придется искать самим.
Основным противником братьев по плоти стали не боевые пауки, а громадные размеры города. От поста на входе в город до смертоносца у реки быстрым шагом получилось два часа. Часа полтора требовалось чтобы теперь отсюда дойти до отдельно лежащего района, облюбованного жуками.
Со стороны показалось, что жуки-бомбардиры дружно стали параноиками. Занимаемый ими квартал состоял из практически полностью уцелевших или хорошо отремонтированных одно– и двухэтажных домиков. Имелось тут несколько крупных зданий и даже один из дворцов, но в высоту они тоже особо не поднимались. От остального города этот район отделяла безжизненная полоса суглинка шириной не меньше полукилометра. С нейтральной стороны город и квартам выглядели не единым целым, а порождением разных цивилизаций:
Город. Мертвые остовы зданий, поднимающиеся на высоту тридцати-сорока метров.
По странной причуде природы в домах начисто отсутствовали перекрытия, не уцелело ни одной комнаты – но стены стояли недвижимо, демонстрируя былую величественность зданий. Время от времени здесь начинали осыпаться прогнившие конструкции, штукатурка, клочья перегородок, и потому соваться под этот камнепад никто не любил. Ни единого шевеления, только ветер поднимает пыль, да солнце прокаливает серые стены.
Квартал жуков. Маленькие домики, нередко окруженные цветниками и фруктовыми деревьями.
Чистые ровные улочки, опрятные штакетники вдоль придорожной канавки. В начале каждой улочки стоят по двое-трое слуг бомбардиров, вооруженные длинными палками. Вдоль внешнего периметра квартала крейсируют навстречу друг другу жуки, отливая на солнце глянцевым блеском надкрыльев.
В воздухе витает явственный запах сероводорода.
– Двоих искать нужно, – сделал вывод Найл.
– Почему? – не понял Белаш. – Дравиг говорил, он бы тут одного паука поставил.
– Одного или двух, – поправил правитель. – Посмотрите, что жуки вытворяют! Наверняка тут какое-то обострение. Нет, нужно искать двоих.
– Если пауки просто наблюдают, должны место повыше выбрать, – прикинул Навул. – и безопаснее, и видно лучше. Давайте, я проверю те самые дальние две скалы, – указал он рукой в сторону здания, от которого уцелела только угловая кладка, возвышающаяся примерно на восемь этажей над грудой строительного мусора, – Белаш вот эти россыпи, а ты, Посланник, вон тот дом. Он один, но там много мест для засады.
«Мне самое легкое предложил, – мысленно отметил Найл. – Жалеют, что ли? Наверное, в их понимании, я уже старик».
Спорить он не стал, пусть молодой парень почувствует себя руководителем. Тем более, что уж чего-чего, а охотиться братья по плоти умели отлично.
По всей видимости, этот квартал строился в те времена, когда технология монолитных домов еще не получила достаточного распространения. Поэтому наружные стены были выращены из высокопрочного бетона, а вот перекрытия делались из чего ни попадя: стальных балок, железобетона, арочных плит и так далее. Естественно, сталь сгнила за каких-нибудь пятьсот-шестьсот лет, и здания начали просто осыпаться внутри самих себя.
Найл подумал о том, что, возможно, между городом и кварталом жуков раньше тоже имелись какие-то постройки, но выполненные еще более халтурно. Например, блочным методом – это когда достаточно высокие дома собирались из готовых железобетонных плит, слегка притянутых друг к другу с помощью железных прутьев. И как только предки не боялись потом в эти дома входить? Найл бы не рискнул.
Здание, щедро отведенное Навулом правителю, сохранилось заметно лучше прочих. Его явно возводили после отказа от использования металлов, но еще до монолитных технологий. В результате – внутренние перекрытия почти уцелели, но со временем вышли из технологических пазов и стали «складываться» внутри. Падая, они крушили другие перекрытия, выламывали оконные проемы, местами пробивали стены. А в общем, когда плиты внутри не летают, достаточно безопасное место.
Над аркой окна сохранились выемки, когда-то заполненные то ли световыми пластинами, то ли просто краской: «Wood&space». Посланник остановился, гадая, что могут означать эти сохранившиеся в веках слова, но никакого смысла уловить не смог и шагнул внутрь.
Входной коридор больше походил на бетонную трубу в два метра диаметром и порядка пятнадцати метров в длину. Впереди, в самом конце тоннеля, светилось два красных огонька. Найл ничуть не сомневался, что созданный предками сюрприз, сохранивший работоспособность спустя тысячу лет, не может представлять опасности для человека, но копье из-за спины все-таки вытянул.
С каждым шагом темнота сгущалась. Правитель уже не видел, куда ступает и молился Богине, чтобы впереди не нашлось какой-нибудь дыры, ранее спрятанной под крышку или решетку, а ныне терпеливо ждущей случайного путника. Предки просто обожали такие ловушки – колодцы для проводов, ямы для мусора, коллекторы для воды. Посланник продвигал вперед ногу, нащупывал опору, переносил вес вперед, облегченно вздыхал и делал следующий шаг. Таким образом ему удалось без приключений преодолеть все длинные метры темноты.
До красных неподвижных огоньков оставалось от силы два шага, когда раздался тонкий писк и они исчезли.
– Крыса! – хмыкнул Найл. – Везучая…