– Ты жив, Посланник?
– А что со мной сделается? – удивился Найл.
– Дравиг днем сказал, что перестал чувствовать твое сознание и помчался с пауками вперед. А у нас пленные, с ними не побегаешь.
– Пленные? – сразу заинтересовался правитель. Кто?
– Они на лодке плыли, – с гордостью сообщила девушка. К берегу причалили, и мы их всех сразу схватили.
К сожалению, Юлук, хотя и выросла бок о бок с пауками, хотя и умела легко устанавливать мысленный контакт, однако передавать воспоминание в образе четких картинок она так и не научилась.
Найлу пришлось довольствоваться тем скудным рассказом о захвате пленников, каким ограничилась девушка: причалили, попались.
– Пленные что-нибудь рассказали? Девушка запнулась, подумала над вопросом, и наконец ответила:
– Пить просили, пока через пустыню шли. И все.
– Ну ладно, – махнул рукой правитель. Пить, так пить. Тащите их сюда.
В руки братьев по плоти попались трое.
Двое мальчишек лет десяти-двенадцати и взрослый мужчина, похожий на правителя Каззака.
Найл, стряхнув оцепенение, начал прощупывать сознание мужчины и сразу понял, что он отец мальчишек. Слишком уж боялся за их жизнь.
– Не бойся, – сказал Найл. – Если ты расскажешь нам все, что знаешь, мы ничего не сделаем твоим детям.
– Унраки, – коротко бросил мужчина. Он подозревал, что его обманывают, хотят заставить предать свой город, а потом убить.
– Это наш город! – не выдержал Найл. – Это вы пришли сюда незваными и первыми пролили кровь! Кто теперь посмеет попрекать нас вашими жизнями?
Пленник не знал языка братьев по плоти, но мысленный контакт имеет свои преимущества – мужчина понял, о чем идет речь.
– Я не воевал с вами, – торопливо заговорил он. Я пришел сюда потом. Князь снимает налоги с тех, кто селится в новых землях. Я рыбак. Морская рыба вкуснее речной. Я ловлю рыбу. Я мирный человек. Я не воевал. Отпустите нас…
– Когда ты переселился в наш город?
– Полгода назад. Лодки строили, рыбу ловили… Мы никому не причиняли зла.
– Расскажи мне про город, – попросил его Найл.
Пленный надолго задумался. Посланник почувствовал, как к мужчине пришло понимание того, что никаких особенных тайн он просто не знает. Вместе с этим вернулся страх.
– Что вы собираетесь с нами сделать?
– С вами? – усмехнулся Найл. – Если ты честно расскажешь все, что знаешь, то твоих сыновей поселят здесь. Когда они повзрослеют, им дадут женщин. Они построят свои дома, будут работать и растить детей. Если попытаются убежать – их съедят.
Найл говорил чистую правду. Он хорошо помнил, как высоко ценил Шабр свежую кровь, которую нужно время от времени впрыскивать в жилы быстро вырождающейся расы слуг. Ученый смертоносец обязательно использовал бы пленников для оплодотворения женщин – и советник Борк наверняка поступит точно так же. Правда, в Провинции нет отдельных домов женщин, детских островов и казарм для мужчин. Здесь двуногие живут отдельными семьями. Значит, советник обеспечит новых подданных семьей.
– А я? – мужчина, немного успокоившись, впервые задумался и о себе.
– Ты тоже сможешь получить женщину и построить дом, если только не собираешься убегать.
– Нет, зачем? – замотал головой пленник. Я очень хороший работник. Я умею плотничать, могу строить лодки, плести сети. Умелые руки в любом месте пригодятся.
– Сперва ты должен рассказать все, что знаешь о городе! – попрошайничество мужчины начинало раздражать.
– Хорошо, хорошо, – закивал пленный. Я расскажу все, что только знаю. Все-все. Все, что помню. Значит, вот. Значит… В общем, у князя восемьсот воинов было. Или чуть меньше. Но конные все. На тараканах. И пауки боевые тоже. Они, значит, пошли. Полсотни пауков было. И восемь сотен конницы. Они ушли. Потом вернулись. Сказали, князь новые земли в руку взял. А на новых землях налоги на три года снимаются. И подати.