А тот вроде бы прекратил трепетать и тронулся дальше. Гужевой с остервенением работал шестом. Неужели напоролись на какую-то корягу? И переехали ее, как переезжает повозка?
Вайг толкался ото дна изо все сил, Найл следил за окружающей водной гладью.
И вдруг, казалось, без всякого предупреждения, резко взмыл вверх и перевернулся третий плот, на котором вместе с одним гужевым и пауком находился Мирдо.
Да что это с ним все время происходят несчастья?!
– Туда! – заорал Найл брату, готовый подгребать руками.
– Туда! – приказал он следовавшему между ним и плотом Мирдо плавсредству с двумя гужевыми на борту.
Те мгновенно выполнили приказ. Пауки потеряли способность соображать, в эти мгновения они казались не сознательными высокоразвитыми существами, а кусками панциря, под которым скрывается какая-то безмозглая тварь.
И у этой твари остался только один инстинкт: самосохранения. Правда, через пару секунд они перестали думали и об этом и приготовились к смерти. Дравиг прощался с братьями.
Но Найлу было не до Дравига: судьба Мирдо, упавшего в воду, в этот момент волновала его гораздо больше.
Плот, на котором находились братья, уже приблизился к лишившемуся управления и плавающему пустым плоту Мирдо. Но Найл был готов его потерять. Главное: люди, ну и паук, конечно. Правда, восьмилапый уже пропал из виду, а вот Мирдо и гужевой все еще трепыхались в воде. До гужевого было ближе. Найл протянул ему руку, мужчина хотел что-то сказать, но не смог. Он выпучил глаза, дико ими вращая, а потом схватился за руку Найла так, что чуть не стащил самого Посланника Богини в воду. Резко рванув мужчину, Найл поднял его на свой плот, затем тряхнул рукой. Неужели вывихнул? Но сейчас не до этого, потом Симеон ее посмотрит.
– К Мирдо! – рявкнул Найл.
Вайгу второе приглашение не требовалось.
И тут Посланник Богини вновь заметил, как чуть поодаль колыхнулась вода… Потом еще раз, чуть ближе к Мирдо.
Не долго думая, Найл полоснул по тому месту жнецом.
За последовавшей вспышкой взметнулся фонтан воды, затем из глубины вверх вылетело огромное, покрытое чешуей существо, сделало в воздухе сальто и рухнуло в воду брюхом кверху. Хвост ударил по воде – и снова поднял фонтан брызг, окативших Мирдо. Юноша издал вопль ужаса.
«Неужели я промахнулся?» – подумал Посланник Богини.
Он не стал больше ждать – и снова полоснул жнецом, разрезавшим тварь пополам. Вода окрасилась темно-красной, почти черной кровью.
Вайг тем временем подвел плот к Мирдо и они на пару с Найлом втащили товарища к себе. Мирдо дрожал всем телом – не меньше, чем Дравиг – и рухнул на доски рядом с пауком и так полностью и не пришедшим в себя гужевым, лепетавшим что-то непонятное.
Посланник Богини огляделся вокруг. Вода казалась спокойной. Вроде бы, теперь опасность ниоткуда не угрожала. Но двух пауков за время переправы они потеряли. Двух пауков и одного гужевого.
Остальные плоты тем временем уже причалили к противоположному берегу. На воде оставался только плот Найла и пустой, уже относимый в сторону, на которым плыл Мирдо.
– Попробуем его догнать, – сказал Найл. Брат сильно оттолкнулся шестом ото дна и они почти сразу же смогли зацепить пустой плот.
Затем Вайг повел свой к берегу. Там их встречали все оставшиеся в живых пауки, гордые собой жуки и люди.
Гужевой попал в объятия своих товарищей, Мирдо – двух девушек, явно ему симпатизировавших.
Другие участники путешествия устремили свои взоры на братьев и на так и сидящего на плоту Дравига.
«Его что, парализовало?» – пронеслась мысль в мозгу у Посланника Богини.
– Ты можешь сойти на берег? – обратился Найл к начальнику паучьей охраны.
В первый момент тот даже не смог принять посланный ментальный сигнал.
– Как я могу тебе помочь? – спросил Найл.
– Я справлюсь сам, – все-таки преодолел свой страх Дравиг и на дрожащих лапах сошел на берег.
Найл внимательно оглядел всех участников похода, собравшихся теперь на противоположном берегу реки.