Найл опустил взор на ее распухшую и уже синеющую ногу, затем встретился взглядом с Симеоном. Тот неопределенно пожал плечами, явно не желая ничего говорить при пострадавшей охраннице.
Посланник Богини не мог бросить ее умирать посреди пустыни. Посадить ее на повозку? Но они и так перегружены. Попросить Дравига, чтобы кто-то из пауков повез девушку на спине?
Это, конечно, решение вопроса. Можно попросить и насчет второй девушки с опухшим плечом. С болью-то идти все равно тяжело, хоть и не нога у нее пострадала. А расплатиться за эту услугу есть чем.
Пауки очень любят человеческое мясо, а девушкам и гужевым не надо знать, что только что похороненные ими товарищи станут пищей для пауков.
Отряд уйдет вперед, а пауки быстро вернутся назад – с их скоростью передвижения это ничего не стоит сделать. Живых людей Найл отдал бы только в крайнем случае, как ему пришлось сделать во время одного из походов, тоже кстати из-за девушек-охранниц.
Теперь он не жертвовал никем – пятеро людей были уже мертвы.
Найл послал мысленный импульс Дравигу.
– Да, я как раз хотел тебя спросить, почему ты разрешил им устроить это закапывание в песок? Чтобы зажарить тела?
– Они ваши. Только, пожалуйста, не сейчас. Когда мы отойдем.
Дравиг все понял и согласился нести пострадавших девушек. Не сам, конечно, для этого имелись более молодые пауки.
– Спасибо, Дравиг, – поблагодарил Найл.
– У нас общие цели, Посланник Богини. И ведь ты согласился помочь нашим сородичам.
Решив вопрос с транспортировкой пострадавших девушек, Найл отдал приказ трогаться в дальнейший путь.
Брошенная повозка укажет паукам место, где в песке зажариваются тела погибших, хотя, возможно, им такой указатель и не потребуется. Найл не хотел думать на эту тему.
Бросив взгляд на устроившуюся на спине одного из пауков охранницу с перебитой ногой, Найл подошел к Симеону и шепотом поинтересовался состоянием ее здоровья.
– Боюсь, как бы не пришлось ампутировать ногу, – вздохнул лекарь. Та, что с больным плечом, оправится. Оно, конечно, побеспокоит ее несколько дней, но я наложил тугую повязку, буду менять компрессы, через неделю должно пройти. А вот с ногой дело обстоит не в пример хуже… Затем Симеон посмотрел прямо в глаза Найлу:
– Но на ее репродуктивных способностях это не должно сказаться. Она больше не воительница, но все еще женщина. Ты это хотел услышать?
– Она не умрет?
– Если вовремя отнять ногу… И вообще отнимать ногу будет нужно только если опухоль пойдет дальше… Скорее всего, нет. Время покажет, Посланник Богини.
Найл кивнул и двинулся в авангард отряда, шагая прямо за жуками. Он поставил своей целью как можно скорее дойти до рощи и тени.
До деревьев они добрались без дальнейших приключений. Солнце уже начало свой путь вниз к горизонту, правда, жара еще не спала, да и раскаленный песок и отдельные камни, попадающиеся на пути, источали жар.
– Тут есть вода, – донесся до Найла мысленный импульс Дравига.
Пауки ее чувствовали всегда…
Найл вместе с братом Вайгом пошел вперед, чтобы разыскать источник, остальные же просто рухнули, едва добравшись до тени. Гужевые свалились у повозок, девушки упали на землю там, где остановились. Жуки группой устроились в тенечке, пауки расположились чуть дальше.
Мирдо и Симеон подносили всем бурдюки с водой, давая напиться, правда, Симеон строго следил за тем кто сколько пьет, говоря, что вскоре они получат следующую порцию воды.
Наконец, братья услышали журчание воды и ускорили шаг. Ручей оказался совсем мелким – в самом глубоком месте вода доходила Найлу до колена, но она была прозрачной и холодной.
Братья бросились в воду и просто легли на дно, окунувшись с головой, потом напились.
Найл с Вайгом долго не могли встать, так и сидели в ручье, плеская воду себе в лицо, наслаждаясь ее журчанием вокруг себя.
– Пошли назад, – наконец сказал Найл, с трудом поднимаясь из воды: как ему хотелось еще полежать в ней, хотя, откровенно признаться, у него уже начали стучать зубы от холода. Другим тоже надо напиться. И мы должны пополнить запасы воды. Когда еще доберемся до следующего ручья?
Вайг кивнул и тоже поднялся.