Пауки и люди передвигались по улицам, во дворце же Посланник Богини не разглядел ни одного паука, ни единого человека.
От кого идет просьба о помощи? Из дворца, из погруженного во тьму пространства, сквозь мрак которого, как понял Найл, не может пройти и сам Смертоносец-Повелитель. Там тоже скрываются паучьи самки, как и здесь, в этом дворце? Но тогда почему же этого не могут понять окружающие Найла пауки? Или там живет кто-то другой, какой-то таинственный правитель далекого паучьего города? Или, быть может, города людей? Кто там правит, из картинки было неясно.
И снова промелькнула площадь, заполненная муравьями, затем изображение вернулось в паучий город.
Опять просьба о помощи. И новая мысль – сигнал будет повторяться каждый день, когда солнце поднимется до высшей точки над горизонтом.
Затем перед глазами Найла появился вид на озера с высоты птичьего полета. Города, которые ему только что показали, располагались чуть севернее них.
Какое-то время он будто парил над ними, потом сигнал начал затухать. Передача заканчивалась; вероятно, это уловили и пауки.
Найл какое-то время стоял в глубокой задумчивости, потом до него донеслась мысль Смертоносца-Повелителя:
– Ты все видел, Посланник Богини. Что это было, по твоему мнению? Откуда пришел сигнал? Кем он послан? И что он значит? Ведь пауки никогда не воевали с муравьями…
Юноша думал о тех муравьях, которых ему доводилось видеть вместе с братом Вайгом и кузеном Хролфом, когда они еще жили в пустыне. Когда они втроем отправились из своего жилища в северные земли…
Посланник Богини знал, что те муравьи на людей не нападают. Их длина составляла где-то около метра (то есть они были гораздо меньше пауков), выглядели они безобидно и в некотором роде даже забавно для человеческого глаза.
Отличительной чертой муравьев являлись антенны-щупики, чем-то напоминающие приклеенные снизу вверх усы. Головы у них были плоскими, челюсти – словно пара больших когтей, глаза походили на плошки. Найлу доводилось видеть два вида муравьев – красных и черных.
Красные были помельче, но более верткими, хваткими и назойливыми.
Повелитель города помнил, как муравьи, изучающе пошевелив антеннами, утратили к двуногим существам всякий интерес, а если быть абсолютно точным, то их изучил один муравей – и, по всей вероятности, послал какой-то сигнал собратьям о том, что появившиеся в их владениях двуногие опасности не представляют.
Найл также знал, что муравьи ориентируются по запаху и что у них прекрасно развито обоняние. В свое время Посланник Богини страшно удивился, попытавшись подключиться к умам муравьев: разум муравейника как бы распадался на тысячи мелких и туповатых умишек, а каждый из них в то же время являлся неотъемлемой частью целого.
– Нам известно то же, что и тебе, Посланник Богини, – Найл получил ментальный импульс от Смертоносца-Повелителя. Естественно, тот прочитал все мысли, пролетевшие в голове юноши и вместе с ним полюбовался на тех красных и черных муравьев, за которыми в свое время следил Найл вместе с братьями. Мы никогда не считали муравьев серьезными соперниками. Ты и твои сородичи легко отделались от преследователей-муравьев и забрали их личинки. Прости, но паукам справиться с ними было бы еще легче. Как ты помнишь, у них слитный разум и воздействовать на него для нас проще простого.
Найл кивнул. Такой разум был недостатком и слабостью муравьев – тех муравьев, которых доводилось видеть ему самому и которых, как он теперь понял, знали пауки. Паучий разум никак нельзя было назвать слитным – возможно, единым, но каждый паук обладал собственной индивидуальностью, но мог объединять сознание с другими особями своей расы для достижения общей цели.
Отдельные же муравьи самобытностью не обладали. Слитность разума и действий муравьев имела много минусов: в случае поражения все они испытывали общее чувство обреченности и безысходности. С другой стороны, эта слитность могла сделать их грозными врагами, действующими в едином порыве.
Но Посланнику Богини и Смертоносцу-Повелителю только что показали совсем другое сообщество муравьев. Найл не мог исключить, что где-то на Земле существуют иные виды этих насекомых, например, белые, рыжие, многолапые или еще какие-то. Ведь дед Найла, Джомар, рассказывал, что в древние времена самые большие пауки, обитавшие на Земле, были величиной с кулак и боялись людей. Это подтвердил и Стииг. Правда, напоминать об этом Смертоносцу-Повелителю Найл не собирался и усилием воли закрыл свои мозг для проникновения паучьего разума.
В общем, те муравьи, которых встречались ему самому и Смертоносцу-Повелителю, опасности не представляли, гигантских же особей в подвластных им землях не имелось. Значит, они населяют земли севернее Больших Озер и угрожают местным паукам? А как к ним относятся люди?
И как вообще в тех местах строятся отношения между муравьями и людьми? И между пауками и людьми? Это Найла беспокоило гораздо больше, чем судьба пауков.
Как только Посланник Богини ослабил ментальный барьер, до него донеслась мысль Смертоносца-Повелителя:
– Посланник Богини, скажи нам, что ты думаешь о поступившем сигнале? Мы договаривались, что вернемся к этому вопросу после того, как ты его услышишь. Если услышишь… Ты услышал. Скажи, какова, по твоему мнению, его природа?
– Ты говорил, что он – паучий и в то же время не паучий. Почему? – ответил вопросом на вопрос Найл.
– Паук не может связаться с нами за сотни миль, Посланник Богини.
Найл задумался. Все настойчивее и настойчивее в мозгу свербила мысль о том, что надо бы посовещаться со Стиигом, и юноша решил, что, покинув дворец Смертоносца-Повелителя, отправится в Белую Башню. У Стиига он узнает, можно или нельзя передать сигнал за много миль – и если это возможно, то на какое расстояние и что требуется для связи. Скажем, как посылали друг другу сигналы люди, раньше населявшие планету? Возможно, пауки, живущие у больших озер, сумели освоить что-то из оставленного людьми?
Какой-то передающий механизм, приспособление, усиливающее сигналы или еще что-то в этом роде. Или они всегда им пользовались? Другого ответа Найл предложить не мог.
Если только те пауки, от которых пришел сигнал, не переместились на очередную ступень эволюции, оказавшись в состоянии силой разума посылать такие сигналы во все стороны и на большие расстояния.
– А вы отправили ответный сигнал? – поинтересовался Найл у Смертоносца-Повелителя.
– Да. Мы ответили мгновенно, подтвердив, что слышим их, и задали возникшие у нас вопросы. Но, судя по сегодняшнему контакту, наших сигналов они не получили.
– Может, у них другая ментальная волна?