Девушка еще раз осмотрела ребят и позволила себе окунуться в теплую атмосферу, закрывая глаза и собираясь тоже подремать. Но интуиция и искажение пространства впереди не позволили это осуществить.
За какую-то долю секунды Тсуна успела представить, что это возвращается ее копия или киборг-убийца из будущего, и испугаться чуть ли не до икоты. Но гость ее удивляет. Почти.
Кавахира неловко оглядывает кучу-малу из подростков.
Тсуна, выдохнув напряжение, аккуратно выбралась из-под Хром и уложила И-Пин на диван. Неприятное сравнение сразу всплыло в голове, ведь только недавно она также выбиралась с дивана, чтобы пойти за своей копией. Но это же Кавахира. Ему можно довериться.
Она кивнула в сторону выхода, не желая говорить тут и будить всех. У входной двери ее хватают за запястье, заставляя обернуться.
– Кёя? – ну а кто же еще бдит за всем?
Оставлять друга тут она не хочет, но и поговорить с Кавахирой надо… что же, наверное, они будут обсуждать что-то, связанное с Три-ни-Сетте или даже с Системой. Кёя все услышит… так тому и быть. Пришло время правды.
– Не отходи далеко, – после заминки он отпускает руку девушки.
– А?
– Оставайся в поле моего зрения.
Кёя облокачивается о косяк двери, скрещивая руки на груди и внимательно смотря на зверька.
Тсуна благодарно кивает и делает шаг на улицу уже с большей уверенностью. В прошлый раз, выходя из дома, она подумала, как прекрасен застывший мир. Она ошибалась. Обыденный рассвет и ожившая улица были намного красивее.
Дождь закончился поздно вечером, так что тучи давно рассосались, оставляя лишь лужи для напоминания. Савада всмотрелась в бледно-голубое небо и не смогла сдержать веселый смех, заметив размытую и небольшую радугу. Семь цветов в этой жизни вызывали совсем другие мысли.
– Ох, простите, я отвлеклась.
Кавахира дружелюбно покачал головой.
– Я и сам порой засматриваюсь на уже знакомые пейзажи. Нет ничего плохого в том, чтобы любить нашу Землю даже спустя множество лет.
– Зачем вы здесь? – перешла она к сути, мельком смотря на свою лохматую прическу в отражении лужи. Импровизированный душ из дождя не пошел на пользу.
Мужчина снял очки, чтобы протереть их своим хаори, и буднично сообщил:
– Да вот, заметил, что течение мирового времени остановилось.
Ага, понятно. Его взлом Системы не затронул. А интересно, раз никогда до этого никто не замечал остановку времени, получается, альтер-Тсуна не пользовалась своим преимуществом, боясь, что ее заметят? Или просто пыталась жить обычной жизнью?
– Я сразу ринулся проверять, все ли в порядке с Три-ни-Сетте, которая не отзывалась, и нашим устройством. И нигде проблем не обнаружил. Позже, когда все вернулось на круги своя, я встретился с Талботом, чтобы и он смог подумать. Но и это ничего не дало, – Кавахира всегда выглядел усталым, так что Тсуна не знала, кажется ли ей или бессонная ночь действительно сказалась на Шамане. – А потом мы вместе вспомнили про тебя.
– А, ну типа, если происходит непонятная фигня, то виновата Савада?
Вау, если бы на это намекнул кто-то другой, то она бы обиделась. Но от Кавахиры, да и в такой ситуации… можно понять некоторую предвзятость.
– Вы недалеки от правды. Простите, – она решила извиниться заранее, а уже потом рассказать обо всем.
Кавахира молча выслушал ее, ни разу не перебив.
– Бедный ребенок, – скорбно резюмировал он в конце.
– Думаете, Три-ни-Сетте действительно ненавидела ее за вмешательство? – не могла не спросить Тсуна.
– Нет, я так не считаю. Во время остановки мира я так и не смог засечь работу Три-ни-Сетте, из-за чего и подумал, что с мироустройством что-то случилось. Значит, она не могла обнаружить, что другая Тсуна научилась вмешиваться в поток времени, – Кавахира откинулся на мокрый забор. – Три-ни-Сетте наблюдает за миром и приглядывает за некоторыми наиболее интересными ей людьми, но держать все под контролем никто не может.
Верно, если бы Шаман или мировая система могли видеть все, то они бы не допустили уничтожения параллелей руками обычного человека, Бьякурана. Они бы остановили его.
– Ничто не идеально, – подытожил мужчина.