– Хорошо, босс.
Кажется, не суждено этому лету закончиться спокойно.
В дом она ввалилась со всем пафосом, который только смогла случайно сгенерировать в такой ситуации. Шум привлек жителей и гостей дома.
– Десятая, вы уже вернулись? – Хаято радостно выскочил в коридор. Улыбка его померкла так же быстро, как и появилась.
– Сестренка? – Фуута испуганно посмотрел на кровоточащую руку Тсуны.
– Реборн все еще в комнате?
– Десятая, что произошло? – после рваного кивка напряженно спросил Хаято.
– Ты упала, сестренка?
– Скорее на меня упали… – Савада и торопливо идущая за ней Хром прошли к лестнице. Гокудера тоже поспешил за боссом. – Реборн!
Расслабленно отдыхавший в гамаке киллер закатил глаза и мысленно спросил у высших сил, за что ему это? Ни минуты покоя.
– Как быстро прошло время тишины. Кажется, прошло не больше получаса, а не полдня, как ты ушла. Почему все прекрасное проносится за мгновения?
– Потому что меня не было пятнадцать минут! – Тсуна даже не взглянула на репетитора. Все ее внимание было уделено табличке на двери.
«256 дней без происшествий». Что ж, надпись прожила неимоверно долго, пора и честь знать.
Тсуна стерла число, оставляя на доске кровавый след.
Тут-то Реборн и заметил странность: раненную и помятую Тсуну, за которой семенили обеспокоенные Хранители.
– Что случилось? Как ты можешь находить столько неприятностей, глупая ученица? – раньше подобный вопрос прозвучал бы с осуждением, сейчас же ничего, кроме беспокойства, там не было.
– На меня напали!
– Кто посмел? – Хаято уже выбирал методы пыток для виновника.
– Кто в этот раз? Кто будет помасштабнее Вендиче? – Реборн не верил, что недруги Тсуны могли обмельчать. Но кто лучше Вендиче и Шахматноголового? Дьявол? Бог?
– Мой клон, – тихо выдохнула девушка.
Комната погрузилась в тишину, никто не шевелился. Казалось, время остановилось.
– Опять твои шутки про клонов? – Реборн не смог удержаться и фыркнул.
– В смысле?
– Я тебя предупреждал. В этом доме табу на шутки про мой возраст и про клонов.
– Но…
– И ни слова про войну клонов. Клянусь Леоном, я это больше терпеть не собираюсь.
– Десятая, правда, кто на вас напал? – Хаято всегда был на ее стороне, но, судя по всему, шутки про клонов не воспринимались всерьез даже им. А это показатель.
– Мой клон! Я!
Реборн с отчаянием вздохнул. Видя, что ученица действительно ранена, он мог бы поверить почти во что угодно. Но. Не. В. Клона. Никогда.