– Не ценишь ты своих людей, – Хибари хмуро называет больницу и фамилии раненных.
– Спасибо, – Тсуна прямо сияет. – Вот бенто, я решила не приходить с пустыми руками.
– Нана готовила? – Савада кивает. – В следующий раз хотелось бы видеть что-то, сделанное твоими руками. – Он хочет умереть от отравления?
Шум за дверью отвлекает их, черт, надо торопиться.
– Я пошла, с уроков уйду сегодня, прикрой меня, пока, – девушка говорит так быстро, что Кёя даже не сразу понимает, что она прогуливать собралась.
За дверью она хватает Хаято, который спорит с Кусакабе.
– Привет, Тетсуя, – они не раз контактировали по вопросам ДК, вот Савада и стала обращаться к парню по имени.
– Все в порядке, Тсуна-сан? – она кивает и быстро убегает вместе с подрывником, пока Хибари не спалил.
– Как ты ее назвал? – хозяин кабинета достает тонфа. Кусакабе сразу осознает ошибку, девушка всегда настаивала, чтобы к ней обращались по имени, вот он и сдался, но Тетсуя не идиот, понимает, что перед Хибари-саном так говорить не надо. То, что у ГДК особые чувства к Тсунаеши, подчиненные знали. Сам Кёя никогда бы не признался, но тут и слов не надо. В общем, главе определенно не нравится, когда к девушке обращаются так фамильярно, а Кусакабе спалился. – Камикорос.
***
Гокудера совсем не против прогулять школу, она берет его с собой в магазин, купить гостинцы пострадавшим.
– Тебе скоро четырнадцать? Значит, ты старше на год. Почему тогда попал в первый класс средней школы? – возраст она видела в его профиле, но полную дату не потрудилась глянуть.
– Я договорился попасть в класс с вами, чтобы пронаблюдать с близкого расстояния. Какой хороший выбор я сделал, – Хаято счастливо улыбается.
– Но ты так только год потеряешь. – Не ей, конечно, судить, сама вон могла бы перескочить класс из-за знаний из прошлой жизни, но торчит же в школе.
– Да хоть пять, с вами, Десятая, сколько угодно. – Ох, парень, хватит ее смущать. Так-то она теперь понимала его. Одиночка с детства, который пытался найти место в мафии, а тут Тсуна. Схожи по возрасту, она не гонит его, как другие там, в Италии. Добрый пацан, несчастный. Да и Саваде самой легче, теперь рядом есть кто-то, разбирающийся во всем этом криминале. Реборн не слишком любил отвечать на вопросы ученицы.
Хаято вызвался нести пакет, ей не тяжело, но подрывник настоял.
– Так, какую трилогию «Звездных Войн» ты любишь больше? – Тсуна определенно счастлива найти того, кто разделяет ее вкусы в кинематографе.
– Мне все нравятся, не понимаю тех, кто против первых трех эпизодов, разве не интересно узнать становление Дарта Вейдера? – и лицо такое искреннее и заинтересованное в беседе.
– Ох, я тоже так считаю, – так они и обсуждают франшизу по пути до больницы. Спорят, кто круче из ситхов, оба предпочитали именно темную сторону.
– Зайдешь со мной? – Гокудере не удается скрыть презрение на лице. Вот не стоит ему так относиться к окружающим.
– Пойду, конечно, вас одну не оставлю. – Эх, ему бы стоило следовать своим желаниям, а не ее.
– Если хочешь, останься здесь, я быстро. – Хаято заторможенно кивает. Какая Десятая замечательная, заботится о таком подчиненном, как он.
Тсуна справляется действительно быстро, всем в палате было неловко. Отдала продукты, поблагодарила, объяснила, что Гокудера ничего плохого не хотел, и извинилась. А после выхода этих парней из больницы, все в ДК еще больше полюбят Саваду-сан, ибо она – лучшее, что случалось с ними, после Главы, разумеется.
– Вот и все, не скучал? – спрашивает Савада, появляясь в проеме.
– Очень скучал, без Десятой совсем хреново, – оу, Тсуна имела в виду, не скучно ли было ему одному, а он вон как. – Купил попить в автомате, будете?
– О, то, что надо, спасибо, Хаято, – девушка с улыбкой принимает бутылку газированной воды, пьет и передает парню, у того, наверное, тоже в горле пересохло. Болтал он даже больше Савады. Гокудера даже от такого маленького жеста со стороны Десятой чувствует себя счастливым.
– Как хорошо, наконец, встретить человека без этих японских заморочек, – парень смотрит вопросительно. – Да, тут любой бы смутился пить из одной бутылки, так как считают это косвенным поцелуем. – Тсуну всегда смешили эти крайности жителей ее новой родины.
Хаято давится водой и откашливается. Вот он даже не знает, вроде не достоин поцелуя босса, а вроде и счастлив. Савада смеется и не замечает вспыхнувшего красного сердечка.
– Ну, в школу возвращаться смысла нет. Домой нельзя, не против затусить со мной?
– Всегда за, Десятая. – Отличный энтузиазм.