Реборн скривился.
Короткие шорты с кошачьим хвостиком, сверху свитшот. Все это персикового цвета и из мягкого и пушистого материала. Словно желая добить репетитора, Тсуна накинула на голову капюшон, демонстрируя еще и кошачьи ушки.
Киллер устало провел ладонью по своему лицу. Что за детский сад?
– Я ведь забыла, что покупала такой домашний костюм, когда была подростком. Хм, он вроде бы пропал потом.
– Да, интересно, как и почему он пропал? – палевно протянул он.
Тсуна одарила Реборна подозрительным прищуром.
– Да ладно тебе, ты не считаешь это милым?
Реборн решил промолчать. Все равно сил признаться в том, что выглядит неплохо, он бы не нашел. Это же удар по гордости. Вместо этого он протянул этой глупой донне свой пиджак. Тсуна закатила глаза и взяла предложенный элемент одежды, исключительно потому что Реборн бы не отстал. Но надевать она его не будет, все равно на довольно объемной пушистой кофте пиджак сидеть не будет.
Девушка снова развернулась к подчиненным, прося их обрисовать ситуацию. Дела складывались недурно. Вонгола не проигрывала, не без помощи мелкой Тсуны положение врагов было незавидным. Сейчас главное не ошибиться и начать активнее прессовать.
– Времени на разглагольствования нет, поэтому скажу кратко, – Савада подметила сообщение об активации ауры босса и, закинув пиджак на плечо, покровительственно улыбнулась. – Извинюсь я потом перед всеми, а сейчас вы должны знать, что я вернулась. И больше Вонголу я покидать не намерена, я стану таким боссом, которого моя прекрасная семья заслуживает.
Один мужчина стер выступающие слезы с глаз, напарница рядом похлопала его по плечу.
Тсуна сокрушительно покачала головой, но скрыть счастье не смогла. Они тут такие сентиментальные и слишком ее любят. По ее мнению, незаслуженно.
– А теперь за работу, – она раздала команды, распределяя людей по позициям. Действовали все быстро, не задерживаясь, они ринулись выполнять индивидуальные указания. И только когда все ушли, Тсуна вспомнила, что кое-что забыла.
Девушка вытянула руку в сторону Реборна.
Мужчина посмотрел на руку, потом поднял взгляд на лицо и снова на руку.
– Я целовать ее не собираюсь.
– Ааааа, ну почему ты такой?
– Какой? – с хитро приподнятым уголком губ спрашивает бывший Аркобалено.
– Такой… невыносимый.
– Из нас двоих ты более невыносима. Что в прошлом, что сейчас.
Тсуна закатила глаза. И Реборну кажется, или ученица действительно больше походила на себя до смерти Хранителей? Она, конечно, всегда шутила, но сегодня все как-то иначе, живее, искреннее.
Он умиротворенно прикрыл глаза, понимая, что путешествие в прошлое помогло Саваде разобраться в себе. Она ведь только что заявила, что перестанет убегать? Это ли не стадия принятия?
– Дай свой пистолет, – сжимая и разжимая ладонь в воздухе, сказала Тсуна.
– Оставишь меня безоружным?
– Не прибедняйся, я тебя знаю, ты с одним пистолетом никуда бы не пошел. Давай-давай, не будь таким же жмотярой, как Мармон.
Получив оружие, Тсуна направилась вглубь резиденции. По словам подчиненных враги пробрались внутрь, надо бы их выкурить оттуда. Реборн, прикрывая спину, пошел следом за ней. Правда, чуть позже, после нападения какого-то камикадзе, он стал идти впереди, чтобы до ученицы было труднее добраться. Он ее защитит.
То, что в его плане, есть огромная, прям огромнейшая такая брешь, Реборн понял, когда повернулся назад и не увидел Тсуну.
Мужчина хлопнул себя по лбу.
– Как она с ее любовью к шуму может вот так постоянно пропадать?
Глупо верить, что Тсуна никуда не вляпается, да?