– Видишь, ты справился.
– Тсуна-чан, ты догадалась, что Кнакл-сан так поступит, это экстремально гениально.
И девушка, никогда ничего не имеющая против похвалы, довольно сияет, пусть это вообще не правда. Удар кулачками в честь победы переходит в объятия, иначе Рёхей не может, а потом парень и вовсе радостно и с энергией, бьющей через край, проносит Тсуну по дому как знамя. Нана весело смеется, наблюдая за подростками, а дети присоединяются к покатушкам. Детский сад… но Тсуна не жалуется.
– А для меня испытания не будет? – спрашивает ночью Савада снова нагрянувшего Джотто. Она только закончила убеждать Лампо, что точно не надо проверять Ламбо… Какие же эти имена одинаковые. – Не то чтобы я хотела… но… – она тянет гласную, не придумывая, что должно следовать после «но». – Ладно, скажу честно, я не хочу.
– Ты прошла испытание в будущем. Я признал тебя, Тсуна, – сегодня Примо в более хорошем настроении. – Хотя твоя поддержка друзей достойна какой-то награды, но, увы, я не могу ее дать. У мертвых вроде как нет имущества.
– Не знаю, можешь иногда заглядывать и болтать со мной? Это и будет наградой.
– Тебе это правда нужно? – Джотто хочет услышать «да», но настаивать он не смеет.
– Ага. Забавно иметь духа-наставника. Или я могу, например, кричать «Я выбираю тебя, Джотто» и кидать кольцо. Вот враги удивятся.
– Странный способ применения кольца, не делай так.
– Забыла, что ты так стар и не поймешь, о чем я, дедуля.
Джотто скорбно вздыхает.
– Если пообещаешь не называть меня так, то буду навещать тебя.
– Хорошо, дедушка. Ой. Забудь.
Уголки губ Примо приподнимаются, рядом с наследницей сложно не улыбаться, в девушке столько живой энергии.
– Тогда до встречи. Мы все вернемся в кольца.
– И прекратите за нами следить?
– Нам трудно быть в реальном мире, так долго тем более. Хранителям и вовсе сложнее, чем мне, поддерживать такую форму, так что не переживай.
Тсуна чувствует, что тянуть с прощанием больше не стоит.
– Передавай привет Четвертому и его вилке.
– За что ты с ним так?
– Ахаха, просто завидую.
Примо с теплым переливом в глазах начинает поглощаться пламенем и пропадать. На секунду перед Савадой мелькают и другие Хранители, даря улыбки или смутно читаемое одобрение во взгляде, а потом исчезают, забирая с собой ощущение, что они где-то рядом.
Деймона с ними не было, призраки могли объяснить это себе нетрудно – предатель не хочет с ними общаться. И только Тсуна знала, что Деймон не вернулся в кольцо, а ходит по миру живых.
***
Церемония окончания года для ребят в этот раз более значимая и трогательная, ведь Рёхей с Кёей заканчивают среднюю школу. Речь от Хибари явно намекнула, что ничего не изменится, в момент руша сотню надежд бедных школьников. Сасагава почему-то тоже выступал с речью, выйдя сразу за одним отличником, которому такая честь была доверена учителями. Призыв к экстриму был поддержан только благодаря атмосфере праздника.
Киоко плакала на плече у брата… паникующего брата, очень паникующего.
– Ну ты чего, Киоко-чан? – Рёхей взглядом молит о помощи, но Тсуна с коварной улыбкой тоже начинает причитать, как же они теперь без него в школе. – Тсуна-чан!
– Хаха, ладно, Киоко, не плачь. Старшая школа Намимори тут рядом, мы будем часто видеться.
– Конечно, наши совместные прогулки экстремально никуда не денутся.