В стиле Тсуны было выбрать первое, это было бы забавно. Но это, очевидно, романтический ответ, а Саваде плюс к любви совершенно не нужен. Второй вариант довольно жизненный, но скучный.
— Кхм, собственно, эээ, почему Бьякуран ушел?
Мукуро довольно улыбается, прищурив глаза.
— Испугался великого меня, — Тсуна смотрит со скепсисом, иллюзионист опасен, тут не поспорить, но Бьякуран уже побеждал Мукуро. — Обижаешь меня. Это мое настоящее тело, соответственно, я не трачу пламя на проекцию себя снаружи Вендикаре. Да и в реальном теле я способен немного на большее.
Звучит вполне обоснованно, но Джессо точно не страдал нехваткой уверенности в себе, с него бы сталось посчитать себя сильнее Мукуро. Значит, все не так просто. У Бьякурана был какой-то план. Тсуна не знала, как же она права. Именно в этот момент босс Мельфиоре принял «посылку» от недавно отосланного для дела подчиненного.
Савада вместе со своим Хранителем шла к месту битвы остальных и спрашивала у Мукуро всякое, перед этим поблагодарив его за спасение. На его предложение в знак благодарности получить поцелуй она открестилась. Тсуна спросила, где парень достал трезубец, если он был у Хром. Тут и выяснилось, что иллюзионист пришел на помощь любимой семье, взял оружие, принадлежащее ему по закону, и пошел проведать Тсуну, как только узнал, что ее спрятали. Понятное дело, не нашел.
Идти было немного больно, Саваде даже мерещился треск ее ребер при движении, а некоторыми пальцами левой руки не получалось пошевелить. Но это терпимый ущерб. С этой мыслью она подумала, каково Мукуро?
— Выглядишь слишком хорошо, — на ее слова он дерзко усмехается. — Думай, о чем хочешь, но я о другом.
Ладно, она могла представить, что терапия пламенем солнца могла поставить на ноги человека после десяти лет без движений, сомнительно, но окей. А вот то, что он вдруг потерял болезненную худобу за такое короткое время, нет.
— Ты что, наложил иллюзию, чтобы выглядеть лучше? Аахах.
— Какая ты жестокая. Не зря многие зовут тебя разбивательницей сердец.
Тсуна удивленно смотрит на парня. Ого, она даже может предположить причину такой клички. Угх, неприятно.
На месте битвы они находят развороченные здания и землю, а вот сами участники довольно пассивны. Уже не было взрывов и кучи разного пламени. Это что, перерыв? Разве сражения так работают? Обе стороны выглядели раненными и выдохшимися. Но оказалось, что нет, не перерыв. Просто Тсуна подошла в момент невидимого ее глазу сражения иллюзионистов. Торикабуто свалился без сознания, пока Хром рядом торжественно ухмыльнулась.
Тсуна растерянно смотрела на мельфиоровцев, там было, на что посмотреть. Кикё обзавелся рожками и странной костистой рукой. Закуро сменил цвет кожи на темно-красный, вырастил когти и хвост как у динозавра. Чего? Дэйзи был закован во что-то металлическое, и было видно только его лицо со странными желтыми глазами. Мукуро рядом шепнул, что эти оковы — оружие Кеи из коробочки Вонголы, а именно наручники. Но размер что-то большеват. Но и на этой мысли Тсуна не задерживается, ведь она находит последнего человека из Венков. Блюбелл не стеснялась обнаженной груди, лишь при движении иногда скрывающейся за голубыми волосами. Но не это привлекало внимание. А ее, мамма мия, рыбий хвост вместо ног.
— Надо научить Скуало принимать такой вид, это будет иметь больше смысла с его-то акульей натурой, — голос Тсуны заставляет ее Хранителей обернуться, до этого девушку не замечали из-за иллюзии Мукуро, но он как раз ее снял.
— Врой, я все слышу, — раздалось со спины. Вария не так давно смогла присоединиться к ребятам из Вонголы, но даже за этот небольшой промежуток времени они неплохо помогли. Здесь также были ребята из Кокуё, пришедшие не только из-за Мукуро, но и ради Вонголы.
— Упс, не заметила. — Суперби показывает ей фак, вызывая у Савады смех.
— Десятая? Ты что делаешь, Мукуро? Ей нельзя быть здесь, — наконец, реагирует Гокудера. Тсуна возмущенно сопит.
— Оя? То есть мне не стоило искать ее по всему городу, а оставить прогуливаться одной?
— Ну ты и Брут! — а она ведь умолчала про тот поцелуй, чтобы никто его не избил ночью в подворотне. Но хорошо хоть не рассказал про то, что он спас ее от Бьякурана.
— Чт… Бейсбольный придурок! — Хаято с претензией смотрит на Такеши, давно Тсуна не слышала эту кличку, в этом времени она была не актуальна.
— Ну, я же не знал, что она выйдет, я должен был засечь это. — Он ерошит волосы и неловко улыбается, но вот взгляд его полон мрачности. Ямамото с ужасом представляет, как все могло закончиться.
— Тсунаеши, — в голосе Кеи столько усталости.
Рёхей был обеспокоен ссадинами на девушке.
— Так, здесь все еще не безопасно, хоть Венки больше не представляют угрозы, но Бьякурана тут нет, так что рисковать не стоит. Пойдем в без…
И тут Савада немного взрывается, неловкость за свой побег, который чуть не стоил ей кольца, она отодвигает на второй план. Тсуна прерывает слова Сасагавы и повышает тон своего полного раздражения голоса.
— Я не буду делать, как скажете мне вы. Смиритесь. Это не мое время, не мое дело, я стану поступать, как считаю нужным. Буду сражаться… лучше, чем недавно, надеюсь. — С одной стороны, ей неприятно качать права, особенно с количеством ее косяков за последнее время. Ребята не пытались навредить, но, с другой стороны, действуя наоборот, они не делали лучше для Тсуны. Только ущемляли и пугали невозможностью вернуться в прошлое. Так что она решила забыть про совесть, про то, что не любит ругаться с друзьями. Если ради собственного блага ей надо меняться, то так она и сделает.
Рёхей застывает, так и не дойдя до девушки, Хаято и Ламбо слегка дергаются. Они все поняли намек в словах Тсуны, между строк читалось «я тут не останусь, даже если вы так хотите». Для разборок времени не было, Савада не горела желанием все это обсуждать, Хранители тоже, поэтому образовалась небольшая, но неприятная пауза, которая прервалась, когда Савада спросила, как тут дела и нет ли пострадавших. Ребята выглядели побито, кто-то больше, кто-то меньше, но все были живы, это самое главное.