– Ты ее знаешь, Киоко быстро отойдет, хотя игнорировать ее звонки было верхом наглости. – Она знает, но у нее не было какого-то оправдания, поэтому проще было просто не брать трубку.
– А ты? – Курокава кидает вопросительный взгляд. – Не обижаешься?
– Ты, конечно, проворачиваешь какие-то мутные делишки, и я бы хотела знать, что именно, чтобы вовремя спасти свою жизнь или не стать сообщницей. Но если я стану тебя игнорировать, то ты будешь безостановочно ныть на ухо. Этого я не переживу.
– И я тебя люблю, – Хана возмущенно смотрит на Саваду. – Можно я поговорю с Киоко наедине? – Курокава машет рукой, отсылая подругу.
Находится Сасагава весьма легко, она всего лишь вышла во двор и села на скамейке.
– Хэй, чего обедаешь в одиночестве? – Киоко даже не дергается, картинно медленно жуя свернутый омлет. Ладно, время тяжелой артиллерии, то есть милых глазок, а также искренности в словах. – Прости меня. Так получилось, что я не могу рассказать о том, что происходит.
– Эту фразу ты могла сказать мне и неделю назад, а не прогуливать школу, скрываясь от меня, – скидывает голову девушка.
– Ох, так я пропускала уроки из-за других дел, – в глазах Киоко очевидный вопрос. – Не могу сказать.
– На тебя напал какой-то мужчина, а ты даже не сообщаешь мне, что жива и в порядке. Брат начинает уходить куда-то, не говоря, что тренируется. А это ведь прекрасно видно по синякам и его усталости! И наш гость точно связан со всем этим, – Савада присаживается рядом и берет ладони Киоко в свои.
– Это слишком сложно, правда. И как бы я хотела, чтобы Рёхей не был втянут, но моя жизнь уже давно не в моих руках, я ничего не решаю. Прости, что не могу рассказать. Тебя вряд ли успокоят слова, что я стараюсь не принести проблем твоей семье?
– Не успокоят, скорее наоборот, – надувает щеки Сасагава. – Ладно, храни свой секрет, но не рассчитывай, что я сдамся и смирюсь со всем.
– Ты просто чудо!
Тсуна обнимает подругу, надеясь, что Киоко все же не свяжется с мафией. Дальше они просто болтают, делясь различными событиями недели, а если быть точнее, то рассказывала Сасагава, так как у Савады только засекреченная информация. Так она узнала, что вся школа гадала, что за взрослый парень из Европы посещал школу и кем он приходится Тсуне. Пока что самый популярный ответ – жених. Но эту теорию разбивали слухи про то, что она встречается с Кеей, вот у них фантазия, конечно. И откуда они это берут?
– То есть, как это Колонелло живет у вас? Стоп, он моется с тобой? – это же взрослый мужик в теле ребенка! Кажется, намечается разборка.
– Живет у нас, но он отказался идти в ванную со мной. Такой самостоятельный в пять лет, – ох, Киоко, куда девается твоя наблюдательность в такие моменты?
– Тсуна-чан! – Рёхей врывается во двор, толкая какого-то парня и громко крича. – Хаха, услышал, что ты в школе, у меня есть экстремальный вопрос по математике, выручи, пожалуйста. – Такой себе из него шпион, будто его сестра не видит, как он подмигивает Саваде и дергает головой в сторону выхода.
– Ага, иду, – Тсуна закатывает глаза, смотря на Киоко, та в ответ улыбается. Перед уходом девушка застывает и поворачивается. – Прошу тебя, не выходи из дома поздно вечером и ночью, особенно сегодня.
– А? – Киоко становится тревожно.
– Пожалуйста, так ты будешь в безопасности, и нам не придется волноваться. – Шепчет она подруге. Сасагава серьезно задумывается, понимая, что если пойдет куда-то ночью, то сможет узнать что-то… но если это принесет проблемы брату и Тсуне? Наверное, не стоит рисковать.
Идут они почему-то на крышу, парень, наверное, считает это самым безопасным и тайным местом в школе. Девушка с подозрением смотрит на вмятины в бетоне, только бы это не последствия драки Кёи. Стоп, это кровь на стене?
– Ты же не рассказала Киоко? – столько волнения в голосе, Савада отвлекается от прошлой мысли про покоцанную крышу.
– Нет, не рассказала. Я же говорила тебе, твоя сестра и ты не должны быть в мафии, и я сделаю для этого все, что смогу.
– Отлично! – парень широко улыбается и смотрит с благодарностью.
– Ты же пропустил мимо ушей, что я и тебя упомянула, да?
– Экстремально так, – Савада обреченно вздыхает и повисает на ограждении крыши.
– Как я могу тебя переубедить? – надежда умирает последней, ведь так? В случае с ней – нет.
– Никак, я твердо решил следовать за тобой и твоей Вонголой, – что-то сказать она не успевает. – Я говорил с Колонелло, для меня уже нет пути назад, я в семье. – Почему он так оптимистично это говорит?
– Хаа, я знала, что все так и будет, – Тсуна вцепляется в волосы и покачивает головой. – А то, что ты будешь в опасности, тебе все равно? – он пожимает плечами. – Киоко и родители?
– Я не допущу этого.