— Стемнело?
— Нет. Но я не знаю, я спокойно пролезал под этими пологами, а потом как отрезало.
— А ты знал куда шел?
— Нет, конечно, Таня, глупые какие вопросы, я просто бежал, потом дышал и снова бежал! — От возмущения он поднял голову и посмотрел на меня бесконечно печальными глазами. — Я очень по тебе скучал.
— Ну еще бы, баба тебя чуть не съела, Егор, а я добрая! А потом что?
Егор уперся в меня головой — мол, чего застыла, погладь зверушку! — и проговорил:
— Потом спал. Просыпался, тыкался в полог… ничего, опять спал. А потом в какой-то момент спросонья ткнулся — а оно поднимается, ну я и…
Ясно, покивала я. Или не ясно, потому что есть закономерность, а я ее не вижу пока. От того, что Егор был рядом, стало так хорошо, как будто вернулась я домой, а тут меня кот или собака родная любимая встретила. Чуть ли не прослезившись, я затащила его на колени, погладила и заодно рассмотрела спину.
— Что там? — насторожился Егор.
— Ничего. Все по-прежнему. Дай я голову еще посмотрю.
— А с головой что? — переполошился Егор.
— Не знаю, может, рога появились.
Егор крякнул и попытался сделать ноги. Не тут-то было — хвост у него хоть и слегка укоротился, но уцелел.
— Ну вот что ты начинаешь, — забормотал Егор. Я тем временем погладила его голову. Нет, черт, он меня вполне устраивает ящерицей.
Цапнув его поперек тельца так, чтобы он больше не делал попыток свинтить под стол или еще куда-нибудь в укромное место, я сосредоточилась и изложила ему все, что случилось, пока он рылся в помойках, ночевал черт знает где и — ну разумеется — предпринимал извечные попытки по бабам. То, что его просто взяли и выкинули, меня настроило на нехороший лад, хотя версия такая была изначально. Но я не ожидала, что она подтвердится.
Или врет? Я прищурилась. Нет, все же вряд ли. Одно дело — ходить налево, когда у тебя две ноги, другое — когда ты такое вот мелкое и бегать толком не можешь.
— Егор, — спросила я, оборвав себя на полуслове. — А если ты не можешь дышать, когда ходишь, как ты… ну, с бабами-то тогда? Там ведь энергии надо не меньше?
Бочка ящерицы раздулись. Это он, значит, типа обиделся.
— Не знаю, — наконец ответил Егор. — Ты там про дракона говорила.
— Ну, дракон, что дракон… — протянула я, вспоминая, какой он был ночью. Ого-го, Ягуарчик, тебе еще многое предстоит узнать! — Пещера, комната, призраки, вот что главное.
— А ты не думала, что в словах призрака скрыто совсем не то, что ты услышала? — спросил вдруг Егор, и в голосе его звучали очень мстительные нотки. — Свобода, ага. А для кого?
Я от неожиданности испытала жгучее желание поправить прическу, и Егор этим тотчас воспользовался. Не знаю уж, чего он собирался добиться, только я его отпустила, и он резво смотался к столу. А говорил, что жрать не хочет.
— Для меня? — неуверенно предположила я. — Хотя…
Хм, он здравую мысль подал. Вторая голова мне все-таки нужна была. И я ведь этого козла полюбила совсем не за глаза и не за кубики. За ум. Мозги-то в Егоре всегда имелись, поэтому ему еще никто из рогатых его усилиями мужиков по роже не настучал.
А вот я где свои мозги потеряла, когда полагала, что смогу из этого козла человека сделать? Отправила «Почтой России» за ненадобностью? Видела же, к чему дело шло, и все мечтала, как Егор наконец одумается. Ну да, ему даже хвост не помеха.
— Расскажи еще раз про призрака номер два, — с набитой пастью предложил Егор. — Что она там говорила? Только точно.
— Точно… — я задумалась. — Да ничего. Иди туда, иди туда. Знаешь, она конкретно так обозлилась, когда поняла, что мне это, в принципе, пофиг… Вот скажи мне, какая ей разница? Она уже и так, и этак покойница. И дракон. Вот это его «туда не ходи, а то снег башка попадет». Еще и показал то самое запретное место. Это же все равно, как если бы ты на холодильник список своих баб прикрепил с номерами их телефонов и фотками. Кто так делает?
Егор, не обращая внимания на подначку, спокойно доел яблоко. Так он делал, когда чувствовал или свою правоту, или просто себя королем ситуации.
— Никто, — изрек он и облизнулся. — Только если у него нет далеко идущих планов. — Он потерся лапками о стол, что-то зашуршало. Егор подскочил и зашевелил задницей. — Таня? Таня, погоди, а это что? Какая-то записка? Я тут сел на что-то!
Глава семнадцатая