Причём девушке даже не пришлось натягивать тетиву, эффект и без того был поразительным.
— Энни! Что ты творишь?! — возмутилась Юми.
— Лео сказал: уходим, значит, уходим, — раздражённо ответила она.
Я не стал встревать в разговор, ведь Энни сделала правильную вещь, на которую уважающий себя мужчина пойти не мог.
Пока девушки и Брай перебрались в просторную гостиную, я подошёл к входной двери и слега приоткрыл её.
Сквозь щель виднелись зеваки, которые пришли поглазеть на разрушенный дом.
— Всё чисто, — прошептал я. — Выходим.
Пошёл первым. Хоть зелье каменной кожи уже и перестало действовать, кому как не мне принимать первый удар.
К счастью, обошлось без происшествий. Я вышел на улицу, огляделся по сторонам, затем осмотрел крыши — никого.
Первой вышла Энни, хотя ей хорошо было бы остаться и прикрыть остальных. Видимо, она не хотела находиться рядом с ноющей старухой.
Вторым из двери показался Брай. Он всё смотрел назад и переживал за маму.
Юми с Теей шли последними.
Неожиданно раздался звон бьющегося стекла. Неужели ещё одна граната?
Я рванул внутрь дома, но мне помешал Брай, который встал в проходе.
— Мама!!! — заорал он.
— Отойди! — я попытался его протолкнуть вперёд, но в тот же миг обомлел.
Горло Теи оказалось перерезано, но в комнате никого, кроме неё и Юми, не было. Тея зажала руками рану и закашляла кровью.
Но вскоре из её кадыка показалось остриё кинжала. Девушка перестала шевелиться. Прощальный взгляд Теи, адресованный сыну, я никогда не забуду…
— Юми, беги! — заорал я и, толкнув мальчика, бросился ей навстречу.
Шокированный Брай упал на пол и ударился головой. В глазах Теи пропала жизнь, она упала сначала на колени, а затем завалилась набок. Окровавленный кинжал растворился в воздухе.
Я уже почти поравнялся с Юми, когда её вдруг что–то толкнуло. Девушка стала падать, но я успел поймать её.
Из спины бедняжки торчали сразу три куная: один угодил прямо в позвоночник, а два других застряли в грудной клетке.
Юми дёргалась в судорогах и всхлипывала. Я уложил её на пол и тут же получил кунай в плечо. Левая рука перестала шевелиться.
— Ублюдок!!! — взревел я и направил посох на полоток гостиной. — Сдохни!
Но не успел я сконцентрировать на заклинании, как услышал душераздирающий крик:
— МАМА!!!
Брай, лёжа на полу, выставил вперёд руки и заорал во всё горло.
В следующий миг мощная воздушная волна с оглушительным грохотом уничтожила большую часть мебели в гостиной и откинула труп Теи. Обломки отлетели к дальней стене.
Я видел, как ни с того ни с сего сломалась доска, лежавшая в куче мусора.
— Вот ты где, паскуда! — выкрикнул я и прямо там создал здоровенный шар пустоты.