– Нет.
– Парень?
– Нет.
– Жена?
Я качаю головой.
– Ну хоть друзья-то имеются?
– Настоящих нет, – сознаюсь я.
– Братья, сестры?
– Я единственный ребенок в семье.
– Черт возьми, а ведь ты одинок.
Очередное меткое наблюдение. Хотя в моем случае одиночество – сознательный выбор.
– А кто для тебя самый главный человек в жизни? – спрашивает она. – Родители не в счет.
– Прямо сейчас?
– Да. Прямо сейчас. Кто для тебя самый главный человек в жизни?
Поразмыслив секунду над вопросом, я понимаю – кроме мамы, у меня никого нет. К ребятам из «Гарретт-бэнда» я отношусь прохладно, мы всего лишь коллеги. И поскольку родители не в счет, прямо сейчас эта девушка буквально единственный человек, до которого мне есть дело.
– Полагаю, ты.
Она прищуривается и наклоняет голову.
– Печалька. – Девушка упирается ступней в стенку бассейна прямо между моих ног и отталкивается от нее. – Тогда я, пожалуй, скрашу твой вечер. – Она кокетливо улыбается.
Вот и приглашение.
Я принимаю его, положив телефон на бордюр рядом с опустевшей банкой пива. Снимаю рубашку. Девушка наблюдает, как я соскальзываю в воду.
Теперь наши глаза на одном уровне, и черт меня побери, если она не стала еще красивее!
Мы плаваем так, словно кружимся в медленном танце, стараясь не коснуться друг друга, – хотя совершенно очевидно, что оба этого хотим.
– Кто ты? – спрашивает она.
– Музыкант. Бас-гитарист.
Она хохочет. Смех совсем не такой, как голос – он резкий и отрывистый. И представляете, смех нравится мне даже больше.
– А зовут тебя как? – уточняет она вопрос.
– Лидс Гэбриел.
Мы по-прежнему кружимся рядом друг с другом. Она наклоняет голову, словно пробуя мое имя на вкус.
– Лидс Гэбриел. Имя для лидера. Почему ты играешь в чьей-то группе? – Похоже, она и не ожидает ответа, потому что продолжает спрашивать дальше: – Тебя нарекли в честь города в Англии?
– Ага. А тебя как зовут?