Людей спасли два фактора — пресловутая человеческая безалаберность и привычка откладывать дело в долгий ящик, а также то, что звезда Молы «перегорела». Рано или поздно это должно было случиться — она ведь изначально была переменного класса! — но для необратимых последствий для человечества этого должно было хватить… если бы не уже упоминавшаяся безалаберность. Люди просто-напросто «опоздали на «Титаник».
Все. Кроме экипажа злополучного шаттла «Мол Северный».
Трудно сказать, что было бы, если бы «Мол Северный» вернулся на планету Земля. Привез ли он вирус, который уничтожил бы человечество или просто неудача заставила людей отступить. Или, может быть, сюда явилась группа ученых, которая смогла разобраться в проблеме…
Но, позвольте, а разве…
— Мы явились, — Ната произнесла эти слова вслух. — Явились, чтобы разобраться.
Она тихо встала, подошла к загородке, присела на корточки. Пленник шевельнулся.
— Эй, ты… Как тебя…
Ната осеклась, заметив, как вздрогнул тот, услышав человеческую речь.
— Извини. Я… я не причиню тебе зла. Я постараюсь, чтобы у тебя все было хорошо. Мы… вам поможем. Ну, постараемся помочь.
Пленник слегка поменял позу, выпрямляясь. Между растопыренными пальцами, которыми он прикрывал голову, блеснул настороженный глаз.
— Не бойся меня.
Резкий звук от двери заставил ее вздрогнуть. Кто-то хотел проникнуть в лабораторию.
— Черт!
Ната вскочила. Пленник снова съежился. Женщина бросилась было к двери, но остановилась. Что-то не давало ей подойти и открыть дверь. Там, снаружи, были не ее коллеги. У «своих» были кодовые ключи. Значит…
Нет. Она попятилась, озираясь по сторонам в поисках подходящего предмета, который можно использовать в качестве оружия. Увы, кроме пластиковых стульев, ничего не попадалось. А портить ценное оборудование Ната не была готова.
Звук повторился. На сей раз это был вызов внутренней связи.
— Внимание, — послышался мужской голос. — В лагере объявлено чрезвычайное положение. В целях вашей безопасности советуем вам сохранять спокойствие и оставаться на месте.
— А я что делаю? — пробормотала Ната себе под нос.
Неизвестно, понял ли ее тот, кто стоял за дверью, но больше никаких звуков с той стороны не долетело.
Бросив последний взгляд на скорчившегося за загородкой пленника, Ната вернулась к компьютеру. Ее била нервная дрожь. Снаружи творилось что-то подозрительное. Она потянулась к наручному комму, чтобы вызвать кого-нибудь из коллег, а то и самого капитана Тимменса и выяснить, что происходит, но рука так дрожала, что она никак не могла нажать нужный шпенек.
Нет, так не годится. Надо успокоиться. А лучшее средство — это работа. Мелькание цифр и букв на экране успокаивало. Тем более что машина успела обработать уже тридцать восемь процентов информации и…
Так-так-так! Ната подалась вперед, всматриваясь в значки на мониторе. Есть совпадение? Уже? При меньше, чем половине комбинаций? Обычно срабатывал закон Мерфи и положительный ответ выскакивал именно на последней комбинации, когда уже было обработано больше девяноста пяти процентов информации. А тут… Неужели, удача? Ну-ка, посмотрим, чем она обусловлена…
Достаточно было легкого движения «мышкой» и нескольких касаний клавиш, чтобы высветился ответ. Посмотрев на данные, Ната выругалась. Черт! С этого и надо было начинать! О чем она только думала? Это же беспроигрышный вариант!
Уведя поисковую программу в боковое окно, она открыла новое, запустив анализ новых данных. По счастью, нужные образцы оказались под рукой. И на сей раз ответ появился так быстро, что Ната даже испытала разочарование.
— Вот оно что, — прошептала она, обернувшись к загородке. — Ты… я знаю, кто ты, парень!
Обернулась — и встретила пристальный взгляд. Взгляд, в котором было так мало тупой настороженности загнанного зверя, что Нату пробрала дрожь.
Из-за загородки, подпитываемой силовым полем, на нее смотрел человек.
Все было готово буквально за полчаса. Просто удивительно, как власть меняет людей. Экипаж шаттла превратился в неумелый, но мобильный и готовый на все отряд новобранцев. Соотношение между новичками и «стариками» было примерно три к одному. Нормально для успешной операции. Жаль только, что часть личного состава пришлось оставить для охраны гражданских. С этими, как и всегда бывает при столкновении с мирным населением, были конфликты.
Ученые упирались. Дескать, это произвол и насилие, у них план, график работ, заложены опыты, за которыми необходим глаз да глаз и вообще, если уж так вам хочется лишить нас свободы, то извольте запереть нас на рабочем месте, а не распихивать по каютам. Георг с трудом подавил желание приказать не церемониться, а результате чего его парни вежливо обошлись практически со всеми, кроме карликан. Этих Георг лично затолкал в общую каюту, не обращая внимания на протестующие вопли: «Вы хотя бы приблизительно отдаете себе отчет в том, насколько грубы и вызывающи ваши действия по отношению к представителям сопредельного государства? Вы можете хотя бы на минуту допустить вероятность того, что вас впоследствии могут обвинить не иначе, как в расизме? Вы себе хотя бы отчасти представляете, что…»
— Да! — гаркнул он прямо в их красные физиономии. — Да, представляю. А вот вы не представляете себе, кому вы это говорите! Или вам слова «Кушнишский палач» ни о чем не говорят?