Дудкин вытер вспотевшее лицо и бросил полотенце обратно. И продолжил спокойно стоять с голым задом.
— Песец! — прошептала Люба. — Сгорит же на солнце. Сейчас ведь самое пекло.
— Какие интересные партнеры у «Гольдштейна», — протянула Луиза, чуть наклонив голову.
— Самые лучшие, — отреагировал Альберт, услышав слова брюнетки. — Штанов запасных нет у кого? Пацаны, мне только до вечера, потом верну.
— До вечера еще очень далеко, — понимающе проговорил Холодов. — Лишних трусов у меня нет. Но, пожалуй, мы останемся, да, Тамар? А то хотели после обеда свалить.
— Не знаю, что тут будет вечером, — сказала Люба, — но этот день я навсегда запомню. Может, пойдем покупаемся? Не все время же туалеты громить.
Глава 16
— Пойдем! — Марат смотрит на сломанную дверь. — Да, при всем желании, такое сложно будет забыть.
— Стопе! — за спиной раздался обиженный голос Альберта. — А я?
— А ты собрался на священное омовение своих чресл? — Холодов скептически смотрит на полуголого парня. — Без штанов?
Я как представила этого клоуна в речке, рядом с собой… Купаться сразу же расхотелось.
— Так, ладно. — Марат сделал шаг к Альберту, заслонив от меня «гавайца». — В здании клуба магазин работает, там плавки или шорты точно найдешь. Раз в одних трусах приехать додумался.
— Так жарко же! А мне нужна вентиляция в ключевых местах.
Альберт искренне не понимал своей проблемы. Я даже ему позавидовала. Тут столько лет рефлексируешь, переживаешь, прокручиваешь в голове события разные, пытаешься понять, где накосячила, что не так с тобой. Я про таких, как Альберт, только в книгах читала, но всегда полагала, что образ слишком утрирован, что таких фриков в реальной жизни не бывает! И вот, пожалуйста! Возьмите и распишитесь. В ключевых местах у него вентиляция. Я уже даже краснеть перестала рядом с Альбертом этим.
— Денег дать? — Марат вытаскивает бумажник. — Правда, с голой задницей тебя туда не пустят.
— Ты че? У меня бабки всегда с собой!
— С собой? — Холодов подходит еще ближе к Альберту. — На рубашке ни одного кармана. Откуда доставать будешь?
Тут даже этот непробиваемый тупица понял, что над ним издеваются. И, набычившись, попер на Ярослава. Только драки в этом шапито не хватало.
Холодов, кстати, с места не двигается и с любопытством смотрит на Альберта.
— Все! — Марат быстро встает между ними. — Тебе кости давно не ломали? Штаны сначала найди, а потом махайся.
— Пошли, Альберт! — Незнакомый парень, тоже из нашей компании, на удивление легко уводит куда-то Дудкина, прихватив еще с собой полотенце.
— И ведь никто же не поверит, что он классный корпоративный юрист, — пробормотал Бухтияров. — Сам бы никогда не поверил.
— Да, скорее в «Сказки Венского леса» поверю. — Леха обнимает своих девчонок, но почему-то все время смотрит на темноволосую красавицу Луизу. — Надо заглянуть как-нибудь в «Гольдштейн»!
— Леша Жаров тоже юрист, работал недолго в «Гольдштейне». Но это другая история, — поясняет Марат и легонько касается ладонью моей спины. — Все, купаться! Пока гроза деревянных клозетов к нам не вернулась.
Вода как парное молоко, качаюсь на волнах и откровенно кайфую. Самый лучший день наступил… сейчас! То ли это вода меня так расслабила, то ли яркое солнце согревает, но я чувствую удивительную легкость и уверенность. Впервые в жизни я спокойно стянула с себя одежду, не стесняясь окружающих меня людей. Ладно людей. Здесь Марат! И я сама себе удивляюсь — внутри нет привычного страха, нет робости, которые не разрешали мне прямо смотреть в его глаза. Я даже не покраснела под его взглядом, а взгляд мне понравился. Очень!
А еще спасибо маме, которая бредила танцами, но так и не научилась танцевать. Зато меня с шести лет отправила учиться. Танцы не сделали меня более раскованной, хотя мама очень на это рассчитывала, зато помогли с фигурой. И это объективно! Краснеть не за что, как и скрывать лишнее.
— Ну как? — Марат подплывает совсем близко, я вижу капли воды на его черных ресницах, а в волосах играют солнечные блики. — Хочешь, останемся до вечера. Ребята катер арендовали, посмотрим на закат. Здесь вечером красиво. А ночью звезды видны как на ладони.
— Да, наверное. Здесь здорово. Мне нравится.
Марат недоверчиво покосился на берег. Альберт. Вернулся. Но в штанах.
— Я еще поплаваю.