Однако после шампанского ей и правда полегчало.
– Где у тебя лекарства? – поинтересовалась Штукина.
Люся молча, боясь пошевелиться, чтобы не спугнуть отступающую дурноту, указала на выдвижной ящичек в кухне. Штукина открыла его и крякнула.
– Это разве лекарства? – она фыркнула, разглядывая содержимое. – Тут одни витамины и добавки. Эх, Люся, Люся! Помнится, расследовали мы как-то одну фарм-компанию…, ну, да ладно, в следующий раз расскажу об этих добавках. Ждите меня здесь.
Штукина исчезла за дверью, а Ксения с Люсей переглянулись, чокнулись фужерами и допили содержимое.
Штукина вернулась быстро, тем не менее успев переодеться в свой тёмно-синий велюровый спортивный костюм, отчего на неё уже можно было смотреть без рези в глазах. К груди она прижимала бутылку боржоми.
– Вот, пейте. – Она разлила боржоми по стаканам, включая себя, и выдала всем по таблетке. – Это от головы, – пояснила она, видимо прочтя вопрос в Люсиных глазах. – Не бойтесь, Штукина плохому не научит.
Все хором закинули таблетки в рот и запили минералкой.
– У меня даже аппетит прорезался, – сообщила Ксения.
– Вот и пойдём завтракать, – сказала Штукина. – Я ж теперь при деньгах, спасибо Газпрому великому и всемогущему. – Тут она перекрестилась и поклонилась. – Могу и с вами сходить разок. Заодно узнаем, кто кого угробил: Илья свою бывшую невестку или эта зловредная баба моего Ильюшеньку ненаглядного таки укокошила.
– А ты не думаешь, что твоего ненаглядного Ильюшеньку его собственная жена домой забрала и уши ему начистила, чтоб не шлялся по ресторанам с посторонними отдыхающими бабёнками в красном? – высказала предположение Ксения. Не зря ведь писательница.
– А я говорила, надо скромней одеваться, – припомнила Люся. – Такой красный мак издалека виден на всю деревню!
– Такая вероятность есть, – покладисто сказала Штукина. – Вот и я думаю, где это видано, чтобы полковник хоть и отставной, болтался бы в пространстве безо всякого прикрытия? И это необходимо срочно выяснить! Пошли уже.
– Ну, не знаю. – Люсе совершенно не хотелось есть. – Может до обеда дотянем?
– А ты представь хорошенький такой маленький солёненький огурчик, – сказала Штукина.
Люся сразу встала с дивана и направилась к выходу как зомби.
Все выкатились в прихожую одеваться. Ксения сразу убежала к себе, сказала, что ей тоже надо переодеться, и она догонит всех по дороге. Люся оделась, одела Бусю и открыла сумку, чтобы достать кошелёк. Кошелька в сумке не оказалось. Люся для верности даже пошурудила в сумке рукой, но кошелёчек не обнаружился.
– Что? – спросила Штукина, видимо у Люси на лице проступило сначала недоумение, а потом огорчение.
– Кошелёчка моего нет.
– Ну, может сунула куда?
– Куда? Я его всё время тут в сумочке держу.
– Ну, вчера мы все на кочерге были, могла и забросить куда-нибудь.
– Не могла. Я его вчера с собой не брала. Мы ж пошли к писательнице нашей на её полдома, а когда свет вырубили, сразу в ресторан двинули. Там Ксения платила, её же очередь была.
– Ой! – сказала Штукина и схватилась за шею. – А Микимоту я тебе сдала?
– Сдала, я её сразу в сейф положила. Хоть и пьяная была, а это хорошо помню.
– Проверь, может и кошелёк там. Автоматически?
Люся открыла сейф, встроенный в шкаф в прихожей. Все её драгоценности оказались на месте, включая жемчуг Микимото. Кошелька в сейфе не оказалось.
– Так, – сказала Штукина. – Когда ты последний раз пользовалась кошельком?
– Вчера после завтрака, – доложилась Люся. – Заплатила с карточки.
– Как он выглядел кошелёк этот? – Штукина огляделась по сторонам. – Раздевай ребёнка пока. – Она кивнула на Бусю. – Будем прочёсывать местность.
Конец ознакомительного фрагмента.