Собрав свои вещи, я выглянула в коридор. Эля успокаивала Лику, немного поникшую, хотя изначально запал у подруги был боевой. Я позвала Маизу:
— Спрячьте Лику у себя в комнате, и пусть все разойдутся по своим комнатам. Мне надо выпустить Ликину мать из купола.
Не знаю, почему я выбрала именно Маизу, но почему-то мне чудилось, что она не предаст.
Выпущенная из-под купола женщина попыталась было наброситься на меня с кулаками, после чего оказалась снова заточена под стеклянный колпак, правда уже с минимумом воздуха и в очень миниатюрном. Купол ей очень шёл, полностью подчёркивая фигуру, только вот воздух быстро кончился и женщина начала задыхаться.
— Надеюсь, вы поняли, что на меня орать не стоит? — спросила я, когда развеяла купол.
Мать Лики жадно задышала, зло зыркнула и спросила:
— Где моя дочь?
— Думаю, у Вас больше нет дочери! — это я, конечно, смело заявила, но более умного мне в голову ничего не пришло в данный момент.
— Да как ты смеешь со мной так разговаривать? — и, поднявшись с пола, где она сидела, пытаясь отдышаться, эта женщина замахнулась в мою сторону и …
Опять оказалась под колпаком. У меня была подленькая мысль оставить её там насовсем. Ну, или пока не развеивать мой очередной шедевр, она так и стояла там замурованная в стекло с поднятой в замахе рукой. Я даже залюбовалась, ещё раз подумав о том, что надо развивать этот талант.
В общем, подленькую мысль я задушила в зародыше и развеяла колпак, как только поняла, что моя пленница вот-вот потеряет сознание. Больше она не кричала, ей вообще было совсем плохо, она осела на пол, в итоге оставшись лежать в таком положении. Я вздохнула, подошла, пощупала пульс, попытка одёрнуть руку возвестила, что умирать она явно не собирается.
Ну, вот и славненько, вот и хорошо. Прихватив сумку, я покинула комнату.
Маиза ждала меня на пороге, в глазах стоял немой вопрос.
— Всё норм, нам надо валить отсюда, — сообщила я.
— И куда вы? — участливо поинтересовалась Эля.
— В Верос, к моим, думаю, они нас приютят. На практику отчаливать завтра, мы приедем сразу к поезду. Сообщите Леокадии Андреевне, пожалуйста.
Только когда мы вышли на улицу, я сообразила, что не знаю, как добираться до города. Все мои предыдущие отлучки из колледжа били по согласованию с тётей, и карета обычно ждала меня у входа.
— Блин, а как мы поедем? — задалась вопросом я.
— Надо идти в конюшню, — выдала Лика очевидный ответ.
— И где они?
— Пойдём, я знаю, — моя подруга явно повеселела, она вообще была человеком действий.
Мы обогнули наше общежитие, и вышли к тропинке, ведущей в лес. Только за деревьями обнаружилась не лесная чаща, как я предполагала ранее, а достаточно большая конюшня и целый парк (если это можно так назвать) повозок, все одного стиля и с логотипом «КГБ» на дверцах.
— Чего хотите, девчонки? — из дверей конюшни вышел крупный мужчина, с рыжей кудрявой шевелюрой и немного ехидной улыбочкой.
— Нам бы в Верос… — смутившись, проблеяла Лика.
— Вы одни или ещё кто есть?
— Одни.
— С директрисой поедете? — что-то мне не очень понравилось это его «с директрисой», но я кивнула. — Вот и чудненько, загружайтесь вон в ту повозку, — мужчина показал нам на выехавшую из-за конюшни уже запряжённую карету.
Мы залезли внутрь и покатили к входу в колледж.
Тут нас ждал сюрприз, в виде всё той же доставучей женщины. Только теперь она доставала мою тётушку.
— Не надо отправлять мою дочь в тот мир! — орала она, а Леокадия Андреевна шествовала мимо.