Про порчу, наведенную на монахов, Саша еще не слышала. В другой раз она бы посмеялась, но женщина говорила так горячо и серьезно, что шутить не стоило, теперь уже девушка сама быстренько откланялась и отправилась домой.
На улице уже стемнело. Город казался золотым в теплом свете окон старинных домов и уличных фонарей. Но некоторые переулки, пустые и темные, с редким светом фонарей под высокими арками, девушка старалась пробежать побыстрее – они словно затерялись в Средневековье и только к ночи появляются из прошлого, чтобы побыть вместе с остальными улицами города до следующего утра.
Лестница-улица к дому тоже была пустой, лишь из окон, прорезанных высоко на старых стенах, слышались разговоры или звон посуды. Сегодня безлюдная окраина города казалась неуютной, и Саша впервые подумала, что Лука прав и пора заканчивать это приключение.
Но у самого дома тревожное настроение исчезло. Отсюда, с высоты городских стен, было видно, как далеко по долине раскинулись тысячи огней, загорелись окна женского монастыря на горе, и в свете фонаря на углу дом казался золотым и теплым. Пахло розами из сада, а над горой, зацепившись за макушки деревьев, казавшихся отсюда просто темной полосой, качался серп молодой луны.
И все же девушка хорошенько заперла и дверь во двор, и дверь дома, впервые проверила, хорошо ли заперты окна, и только потом устроилась в кровати с блокнотом в руках. Она записала все, что выяснила за сегодняшний день, не зная пока, что из этого могло пригодиться, и составила план на день завтрашний. План получился обширным.
Она встала, потянулась и подошла к окну. Ночь укутала всю долину, россыпь огней разлилась по холмам и полям, но лишь фонари у нижнего женского монастыря горели на темной горе Суббазио. Несмотря на закрытые окна, словно повеяло прохладным ветерком, и девушка вздрогнула. Снова вспомнились рассказы о проклятом монастыре, и стало неуютно одной в пустом доме на самой окраине города. Это совсем не Тоскана, где на соседних улицах живут подруги, а в замке всегда много народа. Саша почувствовала себя очень одинокой, ей так не хватало возможности обсудить новости, поделиться услышанным за день, и подругам в Россию не позвонишь, все уже спят.
В этот момент зазвонил городской телефон, стоявший на полке одного из шкафов. Саша думала, что он стоит просто так, не включенный в розетку, и сто лет как не работал, по крайней мере, звонков до сих пор не было. Она даже подпрыгнула от неожиданности резкого звука в тишине, сердце скакнуло куда-то в горло. Только этого еще не хватало, звонков посреди ночи! Она решила не отвечать, лично ей звонить никто не мог, но телефон все звонил, и она все же взяла трубку, ведь это могла быть Патриция, хозяйка дома.
– Алессандра? – мужской голос показался незнакомым, и она удивленно спросила: – Да, а кто это?
– Это Этторе, – теперь она узнала голос князя, который почему-то говорил очень тихо, почти шепотом. Причина шепота выяснилась сразу же.
– Алессандра, прости, что я не позвонил раньше, я все же надеюсь успеть выпить с тобой кофе сегодня вечером.
Саша посмотрела на часы и подумала, что ей совершенно не хочется выходить из дома за полночь, куда-то снова идти, пусть даже с его светлостью. Следующие слова князя укрепили ее в этой мысли:
– Я не смог позвонить раньше, прости. Приехала супруга на несколько дней, навестить меня. Алессандра, она неаполитанка, а все неаполитанки ужасно ревнивые. Я даже не могу позвонить тебе с мобильного – если там будет чужой номер, разразится ужасный скандал. Поэтому я нашел городской номер телефона по адресу твоего дома. Я очень хочу сегодня с тобой встретиться, – тут голос стал еще тише, и девушка уже еле разбирала слова. – Сейчас она уснет и я потихоньку смогу уехать, – замельтешила его светлость. – Я тебя наберу, если вырвусь, ладно?
– Конечно, – ответила Саша, после чего выключила мобильный телефон и для верности выдернула из розетки городской. Она была уверена, что трусливый поклонник не вырвется из цепких объятий прекрасной неаполитанки, но лучше перестраховаться.
Вот тебе и гордость нации, вот тебе и премия Ватикана. Шепчущий в трубку тайно от жены красавец князь упал в ее глазах. А как романтично все начиналось!
«Интересно, как все это сочетается в одном человеке?» – подумала девушка, укладываясь спать. И засмеялась: князь второй раз спас ее, сначала от тоски по Луке, после отъезда комиссара, сейчас от ночных страхов.
Ей приснился салон графини Розати, гости из высшего света, среди которых самым достойным оказался маленький смешной человечек в лимонном пиджаке, а не красавец князь. Чернели фраки, звенели хрустальные бокалы, какие-то дамы в сверкающих бриллиантах и пышных кринолинах обмахивались веерами. Темноволосая девушка встретилась глазами с высоким мужчиной, и молния вспыхнула в этих взглядах.
– Я позвоню на городской телефон завтра в десять, только ты сама возьми трубку, – сказал мужчина, и девушка радостно вспыхнула в ответ…
21
Наутро даже воспоминаний от сна не осталось.
Проснувшись, Саша на скорую руку выпила кофе с парой крохотных булочек и отправилась в управление полиции Фолиньо. Намеченный план надо было выполнять.
Девушка не сомневалась, что добьется от инспектора по имени Мауро всего, что ей нужно. Главное, чтобы он оказался на месте и был единственным Мауро в отделении, ведь фамилию его она у Луки не спросила, а звонить тосканскому комиссару не собиралась, заранее зная, что услышит в ответ.
Ей повезло, с инспектором она столкнулась при входе, и приглашенный на кофе с пирожными в старинную кондитерскую Фолиньо инспектор отложил все дела и не особо сопротивлялся славянским чарам блондинки-адвокатессы. Заодно Саша узнала его фамилию, очень подходящую полицейскому офицеру – Беретта.
После приятного сладкого перекуса они вернулись в квестуру, и через несколько минут в руках Александры был листочек с адресами пропавших девочек.
Тринадцатилетняя Сильвана Трайши жила почти на окраине Фолиньо, там, где уже начинались улочки Спелло, того района города, что находился за пределами средневекового центра.
Первым делом Саша нашла бар по соседству с домом, на ее счастье, хозяйкой бара оказалась пожилая круглолицая синьора, явно скучавшая в отсутствие посетителей. Поток покупателей, забегавших на кофе перед работой, уже иссяк, теперь они потянутся ближе к обеду.
Собор Фолиньо
Словоохотливая женщина рассказала, что Сильвана жила с матерью, бабушкой и семьей тетки, мать ее замужем не была. Дом был большой и просторный, места семье хватало. В округе сплетничали, что отцом девочки был некий заезжий римлянин, с которым все лето встречалась ее мать, по другой версии, это был уже заочно знакомый Саше благородный синьор Риккардо, владелец виллы Градилони. Ни тот ни другой в жизни этой семьи после рождения девочки не появлялись, а за тринадцать лет все сплетни забылись, и никому не было дела до отца Сильваны. Мать так замуж и не вышла.
Новая волна сплетен разошлась после исчезновения Сильваны – говорили, что ее увез отец, неожиданно объявившийся после стольких лет, но мать девочки уверяла, что это невозможно. Вот и все, что знали соседи. Сильвана просто однажды не вернулась домой, отправившись на урок музыки. В небольшом городке, где все обо всем знают, трудно утаить что-то серьезное, но никто так и не понял, что же случилось с девочкой.