Три пистолета привлекли внимания больше. Это были даже не пистолеты, а… наверное, эту конструкцию можно было обозвать тактический автоматический пистолет. Размером со Стечкина, у каждого из рукоятки выдается удлиненный магазин на тридцать патронов, а спереди под углом дополнительная «тактическая» рукоять. Это уже больше похоже на что-то дельное.
Взяв один из пистолетов-переростков, я примерился. Лег он в руки удобно, как и жил тут. Весьма, весьма, оценил я: если на коротких дистанциях, тем более в тесных коридорах или проулках, самое то для гангстерских или противогангстерских войн. Да и тридцать девятимиллиметровых пуль в упор, очередью, даже полицейскую среднюю броню если и не пробьют, то носителя удивят и возможно даже ошеломят. Как я смог когда-то ошеломить корпората во время смертельного матча в Высоком Граде, который вела незабываемая старушка Клаудия.
Все собранное оружие было ярко, также как и одежда убийц, раскрашено. Причем краска — попробовал я сковырнуть намалеванный хвост дракона (а может и ящерицы) со ствольной коробки, выглядит на удивление свежей. Ну да, красили совсем недавно, придавая оружию «уличный», дерзкий и резкий вид.
Положив пистолет обратно на кусок полиэтилена, я поднялся. Поле чего разрешил и уважаемым людям встать для продолжения разговора. Когда все вновь выстроились в шеренгу, пошел на второй заход беседы.
— Некоторые из вас были вчера в кафе «Четыре угла» и слышали мои слова о том, что вежливость — основа дипломатии и здоровых отношений между людьми. И по мере возможности я стараюсь быть с вами предельно вежливым. Но в то же время, я прекрасно знаю о том, что насилие разрешило самое большое количество конфликтов между людьми. Поэтому, чтобы вы понимали, как в дальнейшем будут складываться наши с вами отношения — я всегда буду просить вас вежливо что-то делать, либо же что-то не делать. Один раз. Не два, не три. Один. Если же моя просьба не будет выполняться, в ход пойдет насилие. Это ясно?
По рядам прошел нестройный гомон — показывая, что слова мои усвоены.
— Итак, возвращаясь к тому, с чего мы начали нашу беседу, которой помешали вот эти вот откланявшиеся организмы, — кивнул я в сторону груды тел. — Меня зовут Драго Младич, и я новый хозяин Полигона. Со следующей недели здесь постепенно начнут вводиться новые порядки и правила, соблюдения которых я намерен требовать неукоснительно. Вскоре наш район начнет жить по законам божьи и человеческим, и мы, без преувеличения, начнем путь к тому, чтобы стать нормальными людьми.
Сделав паузу, я немного подождал, давая возможность собравшимся осознать услышанное.
— Так получилось, что в этот район пришел я. Так получилось, что это мой новый дом. Но, — оглянулся я вокруг, сделав широкий жест, — я пришел и увидел, что за моим новым окном насрано. Мне это не нравится, а значит, что нам предстоит здесь хорошо убраться. Я, сам лично, буду здесь убираться. С вами или без вас.
Сегодня среда, а с понедельника у нас начнется новая жизнь. К завтрашнему вечеру мне от вас нужно описание того, что работает у нас в районе. Какие точки сбора мусора кто из вас контролирует, где продают вещества, где нанонаркотики и нейрохимию, где торгуют телами для секса, и все такое прочее. Абсолютно все, кто чем занимается на Полигоне из того, что приносит и что не приносит доход.
Сделав паузу, я выдохнул. На этом месте я должен был озвучить пару своих идей, который должны были вызвать… так скажем, провокационные бурления. Но вчерашний мой перфоманс с бвана Ибову эти бурления уже вызвал, приведя сюда четырех убийц. Так что я отложил анонсы нововведений новой жизни на потом. Успеется еще, сразу все козыри выкладывать не буду.
Но речь закончить надо.
— Допускаю, что вы все сейчас немного напуганы или озадачены только что произошедшим. Я, если честно, сам в шоке, могу честно признаться. И я сейчас очень сильно расстроен тем, что меня кто-то пытался убить, причем сделав это даже не представившись. Поэтому я очень хочу знать, какой именно трусливый земляной червяк посмел задрать в мою сторону лапу. Сейчас, сразу после завершения собрания, каждый из вас подойдет ко мне, и — если будет на то желание, скажет мне лично о том, кого именно он в случившемся подозревает.
Даже не обладая ментальными навыками я почувствовал, как мгновенно напряглась толпа передо мной.
— Не волнуйтесь. Чтобы вы сильно переживали: «не знаю» — это тоже ответ, который я вполне приму. Конечно, если в будущем узнаю, что кто-то из вас мне солгал… ну, это уже другая, грустная история. Пугать не буду, вы все здесь и так пуганые. Итак, давайте повторим пройденный материал: со следующего понедельника у нас начинается новая жизнь. И все, что работает на Полигоне, будет работать только с моего разрешения. Если разрешения нет, то я буду прибегать к насилию. На сегодня это все, что я хотел вам сказать, сейчас прошу вас подходить по одному ко мне по одному, а после к Василию, — быстро свернул я беседу.
Перед тем как ко мне начали подходить, я уже в принципе предполагал, как решать заданный ребус наемными убийцами. Не нужно быть Шерлоком Холмсом, чтобы понять, что показательное убийство должен был совершить тот, кто должен был после показательной казни занять место бвана Ибове. И сохранить старый порядок, который позволяет получать доход с… да с веществ, наверняка.
Самые весомые статьи преступного дохода на криминальном дне Занзибара — это расширяющие или сужающие сознание вещества, ускорители, а также торговля сексом. Оружие отпадает: из-за строгости с распространением на Занзибаре его на каждом углу купить нельзя, как в Высоком Граде. Зато здесь цветет торговля фармой — усиливающими на кратковременный срок возможности организма стимуляторами.
Помимо обычных наркотиков на острове распространены нано- и цифровые наркотики. Но они, как и разгонные вещества здесь, на Полигоне явно не востребованы — у местных просто нет столько денег. Кроме того, ни одной проститутки вокруг я до сих пор не видел — мусорщики в массе слишком бедны для них. Те, у кого есть деньги, за этим удовольствием направляются в соседний Джанктаун.
А значит, остается только доход с наркодилеров — потому что на вещества, пусть самые дешевые, на любом уровне жизни деньги находятся. И тот, кто с этого доход, пусть и небольшой, имел, вчера определенно неприятно удивился, когда я контролирующего все это дело бвана Ибове пристрелил.
Значит что? Правильно — Cui prodest, ищи кому выгодно. Все предельно просто. Остается лишь одно — узнать, кто бенефициар наркоторговли на Полигоне.
Все двадцать с лишним человек между тем довольно быстро прошли через меня. Кто-то прятал глаза, кто-то смотрел прямо, кто-то мялся, кто-то держался бесстрастно. Предположения высказали почти все, причем мнения разделились — примерно половина считала, что заказали меня каннибалы Кигунгули, вторая половина — что итальянцы из группировки «Санта-Кроче».
Это стало для меня некоторым сюрпризом. Не думал, что профит с наркотиков здесь, на таком маленьком Полигоне, сразу две банды получают.
Каждого из высказывающих мнение уважаемых людей я благодарил кивком, а после отправлял к Василию, назначать встречу. Тот уже отправился в дом, где в одной из спален, переоборудованный в кабинет… правда, переоборудование заключалось в том, что с пола убрали спальники, и поставили притащенный с помойки пластиковый стол. В общем, в своем кабинете Василий принимал людей, готовясь составлять для меня карту активности района. Конечно, карта им составленная будет с ошибками, но мне нужно чтобы Василий сам совершал эти ошибки, а после сам же их и исправлял. Именно так закаляется сталь, а если всем заниматься самому — меня самого на все не хватит.
Войцех между тем уже сфоткал все оружие и даже закончил отправлять фотографии. Сейчас поляк стоял и курил, выдыхая дым вверх, глядя на бетонный потолок виадука магистрали над нами.
Ответа от Вальдуша — начальника тринадцатого участка пока не приходило. И за время ожидания мы собрали оружие и перенесли в наскоро оборудованный в соседнем доме тайник, поставив пару сигналок. Может на этих стволах висит куча всего разного, лишний раз лучше не рисковать. Это оружие точно должно отлежаться, себе его забирать преждевременно.
— Думаешь наркос? — поинтересовался Войцех после того, как мы вышли из дома где прятали оружие, закрыв вход грязным пластиковым рекламным баннером массажного салона «Красотка».
— А кто еще? — пожал я плечами.
— Поэтому и объявлять не стал? — снова поинтересовался Войцех.
Вслух отвечать я не стал, просто кивнув.
Вернувшись «домой», устроились на открытой террасе, ожидая ответа Вальдуша.