— Я знаю, — едва слышно прошептала Надя. — Что ты меня слышишь… Просто послушай… Мне не нужна власть… И корона тоже не нужна… Хватит, я побыла принцессой. И поняла, что одиночку это вытянуть сложно…
Надя нервно облизала губы, проведя рукой по волосам принца.
— Сейчас ты вернешься… И вернешься навсегда, — Надя не узнавала своего голоса. — Все будет так, как было раньше. Словно мы никогда не встречались… Подумай об этом, как о глупом сне, который приснился в ночь на пятницу…
Надя кусала губы.
— Я понимаю, что можно в лепешку разбиться, доказывая тебе, что не все женщины одинаковые… Но я прошу тебя только об одном, — Надя стиснула зубы. — Перестань казнить направо и налево, перестань постоянно воевать. От этого зависит твоя жизнь! У Смерти терпение не безграничное!
Надя не знала, что еще можно сказать принцу. Но понимала, что это — ее единственная возможность.
— Я верю, что однажды ты встретишь ту, которую полюбишь, — прошептала Надя. — А у нас — просто не судьба! Такое бывает. И никто не виноват. Я очень надеюсь, что найдется девушка, которая заставит тебя полюбить. По настоящему! Без всякой магии… Я помню, как ты смотрел на меня в тот момент, когда дарил драгоценности… Я ничего не возьму. Мне ничего не нужно. Пусть они остаются у тебя… Однажды ты подаришь их от чистого сердца той, которую полюбишь.
Голос Нади дрогнул.
— Знаешь, один философ, кажется Ницше сказал. Кто хочет стать любимым, стремиться получить в подарок самого себя, — прошептала девушка. — Так вот, я дарю тебе тебя… Настоящего… Будь счастлив, принц… И прощай…
Надя осторожно прикоснулась губами к приоткрытым губам. А потом улыбнулась, сдерживая слезы.
— Пусть будет все по-прежнему, — вздохнула Надя. — Поверни ключ в сторону ненависти. Пусть принц будет прежним. Каким он был до встречи со мной.
— Да, но… — отец посмотрел на Надю. — А как же любовь? Я не хочу, чтобы моя девочка страдала!
— Сделай так, как я сказала, — глухо прошептала Надя, отворачиваясь. — Вот она — золотая середина! Его шарахает из крайности в крайность! Он ведет себя, как душевно больной! Хватит! Побыла принцессой! Пусть все будет так, как было до меня. Пусть принц снова станет собой.
Надя сорвала с себя корону и бросила ее на пол.
— Больше не хочу. Ничего не хочу, — процедила Надя. — Раздели нас, пожалуйста!
— О, это я только за! — заулыбалась Смертушка. — Правильное решение, котенок! Очень правильное!
Смерть взмахнула косой, словно разрубая невидимую нить между принцем и Надей. Черный дым окутал комнату, а Надя закашлялась.
В тишине послышался странный звук, словно кто-то с хрустом проворачивает ключ в музыкальной шкатулке.
— Прощай. Я все сделал, как ты сказала. Принц прежний, — послышался глухой голос старика. А Наде показалось, что кто-то прикоснулся к ее руке.
— Нет, нет… Я только тебя нашла! — задохнулась Надя, пытаясь поймать холодную руку. — Папа!
— Вот! Держи, доченька! — в руку Нади вложили что-то холодное. — Это магия, которая позволит вернуться в привычный тебе мир… Я не знаю, как поведет себя принц. Но считаю своим долгом защитить свою девочку. Но обратно дороги уже не будет! Просто раскрой медальон… И окажешься там, у себя…
Надя пыталась схватить за руку, но рука исчезла.
— Чего стоишь! Дверь там! — послышался голос Смерти прямо над ухом. — Иди и не оглядывайся! Быстрее!
Надя бросилась бежать, чувствуя, как кто-то тянет ее за руку в нужную сторону.
— А теперь шевели пирожками! Выход направо! — послышался голос Смерти.
Очнувшись в коридоре, Надя бросилась направо. Где-то вдалеке слышалась музыка. Бал был в самом разгаре. Вылетев на улицу Надя остановилась.
В ее руке был тяжелый черный медальон, переливающийся каким-то бензиновым блеском. На нем проступали какие-то магические письмена.
— Я ведь успею? Да? В случае чего вернуться в свой привычный мир? — заметила Надя, глядя на теплые и уютные огни в дворцовых окнах. Весь дворец сверкал и светился, словно его обернули гирляндами
Надя посмотрела на каменную дорожку, ведущую в сад. А ведь она так и не успела его рассмотреть! Ей хотелось еще немного побыть в этой волшебной сказке, которая оказалась вовсе не такой, какой ее описывают в книгах.
«Тебе же плевать на красоты сада!», — укоризненно заметила Мадам Си Жу. — «Я тебя не первый год знаю!».