- Да-а... Прогни спинку... - Артур подошёл и отвесил мне крепкий и обжигающий шлепок.
- Уже началось? - постаралась я вложить побольше безразличия и скуки в голос.
- Нет. Просто не удержался.
Спустя мгновение я ощутила совсем рядом с моим задним отверстием его слюну и силиконовую твёрдость анальной пробки для расширения. С разветвлённым наконечником. Этот озабоченный обожал их. То и дело заставлял ходить с какой-нибудь дрянью в заднице. И за прошедший год эти грязные вещицы постепенно становились всё больше и больше.
- Хочу, чтобы ты с ней походила, любимая. До конца вечера.
- Прямо при гостях? - недовольно отозвалась я и в конце фразы невольно всхлипнула от заполнившей меня чёрной тверди.
- Но они же не будут заглядывать тебе в трусы, правда, Лидочка? - Артур взялся за ограничитель игрушки и слегка порасшатывал из стороны в сторону. - Всё ещё больно, дорогая?
- Нет. - соврала я, но он уловил мои попытки смягчить движения пробки.
- Моя непокорная обманщица... - муж провёл языком от моего плеча к груди и, отодвинув вниз лиф платья, лизнул сосок. - Не дождусь того для, когда сам заполню тебя изнутри...
Вот уж точно сказал! Надеюсь, что ты его никогда не дождёшься!
- Не забывай, что у тебя осталось два дня. - вернула я его с небес на землю.
- Знаешь, что, а давай без трусиков. - пропустив мои слова мимо ушей, он снова, как и год назад, поднёс нижнее бельё к губам и потом засунул в карман пиджака. - Ну давай, жена, иди. А я посмотрю.
- Извращенец! - я резко дёрнула дверь и поспешила прочь, стараясь игнорировать распирающую тяжесть внутри.
Глава 14
Моего больного мужа не смущало ничего: ни сотня гостей, ни десяток репортёров. Этот озабоченный несколько раз за вечер тискал мой зад, шепча грязные пошлости и извещая о своих планах на ночь. Он, конечно, старался развернуть меня так, чтобы никто не уловил его похотливых поползновений, но я уверена, что это не осталось незамеченным. Сегодня все взгляды были прикованы к "счастливой и влюблённой" чете Сегеда. Особенно, вон тот - цвета двойного эспрессо. Горячего и насыщенного. Вот только чем насыщен взгляд Ефима трудно предположить. Только едва заметно поигрывающие желваки на его угловатой челюсти выдавали напряжение мужчины.
Время почти остановилось в томном ожидании окончания приёма. Оно еле тянулось, как если бы в песочных часах был не песок, а мелкий щебень.
Ну что за мысли, Лида? Жена строителя, вот что это значит. Да уж...
Сил совсем не осталось. Последние покинули меня вместе с гостями, попрощавшимися полчаса назад. А вот Артур, как ушёл в свой кабинет "на несколько минут", так и не выходит. Может уснул? В последнее время он это частенько практикует, как и употребление крепкого спиртного до состояния, когда ноги и язык чуть ли не на узлы завязываются.
Я решила осторожно заглянуть в кабинет. Только, чтобы убедиться, что он не уснул с сигарой в руке, как в прошлый раз. Но уже на подходе к тяжёлой, дубовой двери на меня наскочил мужчина, вынырнувший из-за угла.
- Лидия Андреевна! Извините ради Бога! - Ефим, явно, торопился на встречу с Артуром. Крайне сосредоточен и серьёзен. А тёмная кожаная папка под мышкой и очки привносили в его образ ещё большую деловитость.
- Не страшно. - я попыталась обойти его справа, но мужчина тоже подался в эту сторону. Резкий выпад влево - и он, как в зеркале, отразил моё движение.
Я усмехнулась этой нелепой "игре", которую у нас в школе комментировали чем-то вроде: "Вот так и появились танцы". Наверное, мы ещё долго так "плясали" бы, если бы Ефим не остановился и не отодвинул меня за плечи в сторону.
- Извините.
На этом от дёрнул дверь кабинета Артура и обнажил моему взгляду порядка десяти мужчин, заинтересованно слушающих Сегеду.
Как похоже на моего мужа - мешать личное и бизнес. Годовщину свадьбы и деловые переговоры...
Я уже развернулась на каблуках, направляясь в сторону лестницы, но Артур меня заметил:
- Любимая, пойдём к нам. Составь компанию.
- Извините, я не хочу мешать. Продолжайте без меня.
- Ну что ты, Лидочка! Разве ты можешь помешать? Правда, господа?
- Ну хорошо. - я переступила порог и словно попала в другую реальность. В страну, где плотным сизым туманом висит дым кубинских сигар и терпкий запах дорогого виски.