- Бедняжка, тебе, наверное, скучно? Ничего, завтра я позвоню мистеру Кармонису и ты снова выйдешь на работу.
Я содрогнулся. Даже не знаю, кто пугал меня больше – мистер Бергер, чтоб ему гореть в аду или мистер Кармонис – его управляющий, он выдавал мне список должников, которым следует нанести визит.
Карен я видел все реже, паучиха не оставляла ее ни на минуту. Помощница коротко кивала, обдавая холодом. Как будто не было страстных объятий и признаний на пляже в Каннах.
- Привет, крошка, - я все-таки улучил момент и прижал Карен к стене в одной из оконных ниш.
- Пусти, - прошипела она. – Еще не хватало, чтобы нас застукали.
- Что это у тебя? – в разрезе блузы блеснул кулон. Я рванул ворот ее блузки. На тонкой цепочке красовался большой голубой топаз в форме сердца, обрамленный бриллиантами. Изящная вещица. Меня кольнула ревность. Значит, пока я страдаю и мучаюсь, эта сучка завела себе любовника.
- Твоя жена подарила.
- Жена? Эта скупердяйка? Да она даже чаевых не оставляет, - я расхохотался, смех вышел невеселым.
- Можешь не верить, дело твое, - она поправила воротник, толкнула меня в грудь и с высоко поднятой головой прошествовала мимо. Я с тоской смотрел ей вслед.
- Карен, Карен, если бы ты знала… если бы ты только знала.
_________________________________________________________________________
- Я хочу объехать предприятия, которые оставил мне отец, - заявила Сьюзен, лежа в постели. Каждый вечер она просматривала какие-то бухгалтерские книги. В очках на кончике крючковатого носа она походила на волка из «Красной шапочки». Так и подмывало спросить: «Зачем тебе такой большой нос? Зачем тебе такие большие зубы? Зачем тебе столько денег?» Вместо этого я широко зевнул:
- Зачем? – сердце екнуло.
- Нужно сверить документы, счета. – Я уже не слушал. В мечтах рисовалась обнаженная Карен, извивающаяся в моих объятиях.
Поездка не оправдала моих ожиданий, все мои надежды пошли прахом. Сьюзен и Карен целыми днями где-то пропадали. Я был предоставлен сам себе. Каждый вечер жена использовала меня по прямому назначению. Ей пришла в голову очередная блажь.
- Папа так хотел наследника.
Меня передернуло. Ребенка от этой семейки монстров? Еще не хватало.
Как в калейдоскопе мелькали лица, города. В каждом нас встречали, как монаршую чету. Мэр устраивал прием в нашу честь, раскланивались гости, произносились подобострастные речи:
- Для нас огромная честь…
Я дрейфовал от тоски к отчаянию. Депрессия накрыла меня с головой. Я по-прежнему много пил, пристрастился к кокаину. На одном из приемов поймал ускользающую Карен:
- Что же ты со мной делаешь? – выдохнул я.
- Фу, тряпка. От тебя несет, как от помойного ведра. Убери руки.
Я послушался. Не осталось ни сил, ни задора для борьбы. Я поник, раскис.
- Что мне делать?
- Избавься от нее или кишка тонка? – она обдала меня презрительным взглядом и удалилась под стук каблучков.
«Избавиться от Сьюзен?» Эта мысль меня ужаснула. Да и как это сделать?
Поездка приближалась к концу. Я по-прежнему работал быком-осеменителем. Карен была все так же недосягаема.
- Подсыпь ей завтра в шампанское, - шепнула она на заключительном приеме в городе хрен-его-знает-как-он-называется.
Я чуть не грыз от волнения ногти, наблюдая, как Сьюзен изредка подносит к губам бокал. Она отказалась от кокаина и почти не пила, потому что вознамерилась стать матерью. К моей радости, один бокал она все же осилила. Убедившись, что Сьюзен уснула, я взял такси и рванул в гостиницу к Карен.
Она лежала на кровати, одетая лишь в свет луны, сочившийся из окна. Мое дыхание прервалось, в паху сладко заныло. Неужели? Неужели я буду вознагражден? Допущен к этому шикарному телу? Я готов был вытерпеть все, лишь бы обладать этим великолепием.