– Я иду с тобой, меня твой план устраивает. Только надо купить какой-нибудь сувенир, чтобы выдать его за «респ». Если все пойдет гладко, показывать его не придется, но он должен у нас быть.
Пчелка поинтересовалась:
– Кстати, как он выглядит? Ну, «респ»…
Кай описал артефакт и то, как он излечил Нику, Пчелка вроде бы слушала, но он подозревал, что она думала о своем.
– Сейчас. Подождите.
Вернулась она с зелено-голубым кристаллом. Кай взял его, рассмотрел со всех сторон. Похож на малахит с вкраплением пузырьков и голубыми прожилками. Скорее всего, это сплав стекла и чего-то еще. Лексус тоже ощупал его и вынес вердикт:
– Пойдет. Это, конечно, наглость с моей стороны, но… Ты выделишь нам двоих бойцов в ближайшее время?
Кай встретился с ней взглядом и увидел в нем такую тоску, что ему стало не по себе, она словно хоронила кого-то. Будто прочтя его мысли, Пчелка сказала:
– Слушай, а если ты… Именно ты спасешь заложника, это пойдет тебе в плюс?
– Может быть.
А ведь и правда, вдруг Волошинов снимет с него приговор Судьи, именно поэтому он сейчас слышит зов?
Пчелка на минуту замолчала, потом на лице появилась решимость:
– Я пойду с тобой. Возьму еще Никиту, он не откажется, больше некого, а времени терять нельзя, потому что наши враги ночью туда не пойдут, а постараются занять позиции пораньше. Сейчас отведу вас на склад, выберете, что нужно из оружия. Артефактов, увы, ассортимент небольшой. Я пока тоже соберусь, дам указания своим людям, закрою все дырки. Думаю, два дня меня подождут… А потом уволят, ну и черт с ним!
Кай не выдержал, схватил ее за руку, вывел в коридор, огляделся и сказал:
– Пчелка, я все понимаю, но не надо рисковать ради меня, смертника, и губить карьеру… Ты и так достаточно сделала.
Они стояли напротив, и Пчелка не спешила освобождать руку. Наконец решилась, шагнула назад, завела руку за спину и вскинула голову:
– Можно я сама решу, что мне делать и кому возвращать долги?
Она выдержала взгляд, улыбнулась.
– Идем на склад. Мы и так много времени потеряли.
Хотя говорят, что лучше не изменять оружию, к которому привык, Кай выбрал себе «Грозу» с подствольником, как у Лексуса. Запас артефактов и правда был скудным, Кай взял несколько «транков» – простеньких артов, снижающих влияние на психику, но не рассеивающих внимание и не притупляющих реакцию. Остальное у него было.
Поездка к пятому КПП заняла десять минут. Перед «мерседесом» с тонированными стеклами огромные стальные ворота разъехались в стороны с диким скрежетом, словно ломались кости великана. Водитель предъявил пропуск вояке, тот махнул – проезжайте.
Лексус и Кай сидели в будке напротив друг друга, Пчелка – рядом с водителем. Кай выглянул из кабины. Машина отъехала в сторону, и к ней танцующей походкой направился черноволосый мужчина с небольшим вытянутым рюкзаком, в разгрузке и с АК, перекинутым через плечо, помахал Пчелке, поздоровался с водителем.
– Выходим, – скомандовала Пчелка, спрыгнула на землю.
Лексус повязал бандану и последовал за Пчелкой, воровато огляделся, будто бы опасался слежки. Вновь прибывший протянул руку:
– Никита.
Сперва представился Лексус, потом вылез Кай, смерил взглядом попутчика: среднего роста, тонкий в кости, взгляд подвижный, цепкий. В этом человеке чувствовалась энергия, запертая за семью замками. Пчелка осмотрела небольшой отряд, на Кае остановила взгляд чуть дольше, потупилась и скомандовала:
– В путь. Ник, тебе задача ясна?
Он приподнял уголок рта и ответил:
– Занять позицию в Диспансере и ждать команды. Стрелять во всех, кроме человека с фотографии, которую ты мне дала, – он вынул снимок из нагрудного кармана.
Волошинов вид имел болезненный: узкое лицо с острым, каким-то женским подбородком, карие глаза под нависшими бровями, щетка черных усов, стрижка удлиненная, под горшок. Лексус смотрел на него виновато, хмурился.