Митяй чувствовал себя паршиво, словно он только что воткнул нож в спину близкому человеку.
– Маров, – повторил он. – Прости. И спасибо тебе.
– Чао-какао. – Тот демонстративно отвернулся и дал по газам.
«Урал» сорвался с места и уехал в сторону Периметра.
Митяй смотрел ему вслед, ощущая себя полным идиотом. Правильно ли он поступил и стоило ли так грубить человеку, который, рискуя своей жизнью, полез в самое пекло?
На душе было паршиво.
Верное ли решение он принял? Или, правда, стоило махнуть на все и дернуть прочь из Зоны, заработать целое состояние и жить припеваючи где-нибудь на берегу моря.
С досады сталкер пнул лежащий на дороге камень и отправил его в кусты.
– Сука! – вырвалось у него. – Маров этот, сука! Ну и зачем я ему так нагрубил? За что?
Он закрыл глаза и сосчитал до десяти.
– Оскотинился я. Сам в животное уже превратился.
Газон махнул рукой.
– Да все ты правильно сделал, – бросил он. – Из Зоны мы всегда свалить успеем. А своих в беде оставлять нельзя. Так ведь?
Митяй молча закивал головой.
– Пойдем, Митюха, – позвал напарник. – Уже рассвет, а мы далеко. Да и поспать бы не помешало.
Он был прав. Митяй в последний раз взглянул на грузовик. Черт с ним, с этим Маровым. Пусть катится себе куда угодно. Он не друг и не сват. Лишь временный союзник. Партнер по общему делу, не более того.
Мораль двадцать первого века. Философия Пороха.
Развилка осталась далеко позади. Бродяги углубились в чащу и вскоре достигли Холодного Региона.
Это самая восточная область Зоны – лес, погодные условия которого вызывали удивление у всех исследователей мира. Достаточно большой лесной массив, в котором царствовал холод. В жаркое знойное лето здесь бушевали ветра и стояла осень, а с наступлением осени здесь вплоть до марта лежал снег. Регулярные осадки выпадали именно тут. В Новосибирской Зоне восток вообще был удивительным местом. Предел Зоны, Холодный Регион – все самые необитаемые области как раз были на востоке, в то время как центр процветал.
В Холодном Регионе люди встречались нечасто. Аномалий здесь было достаточно, попадался и хабар, но вечная мерзлота отталкивала искателей. Южнее леса была еще одна достопримечательность – Озеро, которое некоторые называли Сибирским. Размеров оно было немалых и всегда бушевало. Постоянные ветра и серость идеально передавали весь сибирский нрав и суровые условия. Фактически Озеро выходило за пределы Зоны и, по сути, являлось водной переправой.
Чем дальше бродяги углублялись в дебри Холодного Региона, тем сильнее в лицо дул ветер. Снег здесь лежал повсюду. И не такой, что растает через пару дней. Здесь были уже высокие сугробы, которые оттают только в марте.
Заснеженный лес выглядел как в сказке. Митяй даже мысленно пожалел, что никто, кроме них, не видит эти края. Об ужасах Зоны напоминала только колючая проволока, вывешенные предупреждающие знаки и встречающиеся аномалии. В отличие от Предела Зоны никаких жутких баек про Холодный Регион не ходило, как и про Сибирское Озеро. Жизнь здесь встречалась. Нечасто, но встречалась, причем даже не монстры. Бывало, охотники натыкались на лис, волков и даже песцов – обычных, не аномальных, не мутантов вовсе.
С неба повалил редкий снежок, подул порывистый ветер.
Митяй думал об артефакте в контейнере. Вспоминал события минувшей ночи, наемного сталкера Жекана и незадачливого проводника Марова.
Лишь прошагав пару сотен метров по мерзлой земле, Митяй почувствовал, как напряжение понемногу отпускает. Однако его сменили сонливость и неимоверная усталость.
– Давай отдохнем, – сказал он еще через пару сотен метров.
Привал путники устроили в старом вагончике, который они нашли за оврагом. Здесь было относительно тепло и спокойно, а угли в ржавой бочке говорили о том, что здесь люди были не такими уж редкими гостями. Внутри бродяги обнаружили несколько поленьев и дрова, оставленные прошлыми хозяевами. В Новосибирской Зоне считалось хорошим тоном оставить на привале что-нибудь из своего запаса следующим путникам – иногда это может здорово помочь человеку и даже спасти жизнь.
Здесь же нашлись несколько банок консервов и бутылей воды. Устроив полноценный пикник, сталкеры плотно пообедали и развели костер в бочке. Внутри стало тепло и уютно.
– Поспать надо, всю ночь, считай, на ногах и на нервах, – сказал Газон.
– Хотелось бы, конечно, сперва до Болот добраться, – признался Митяй, сидя у костра. – Но ты прав, сил уже никаких нет.