– Ну, тут ты загнул. Скажу как на духу: почти всем в Зоне так или иначе не повезло в прошлой жизни.
– Ты меня не понял, – покачал головой Рубец. – Даже у сталкеров есть своя иерархия, пищевая цепочка. Есть те, кто заслужил в Зоне почёт и уважение, а есть те, о ком даже не вспомнят. Те, с кем никто не хочет иметь серьёзных дел.
– Начинаю понимать, – согласился Лемур.
– Никто из них не смог бы продать артефакт кому-то другому. Круг их общения ограничен себе подобными. Даже если бы один из них сорвал крупный куш и отыскал целый Клондайк, альтернативы по клиентам бы не нашлось.
– Суровая правда жизни, – закончил за напарника Лемур. – И всё-таки я не понимаю, к чему ты клонишь. Предлагаешь пасти местных?
Рубец странно улыбнулся и громко сказал:
– Не совсем; я думаю, артефакт нашли совсем недавно. Возможно, перед нашим появлением. А значит, этот ловкач не мог уйти далеко.
Лемур расплылся в широкой улыбке и хлопнул напарника по плечу:
– Знаешь, а ты мне определённо нравишься. Не знал, что в тебе мародёрская жилка течёт. Молодец!
Он запрыгнул на место водителя и завёл «ГАЗ Тигр». Рубец уселся рядом.
– По пути в бар никто не встречался. Где ещё могут кучковаться сталкеры?
Лемур немного подумал и сказал:
– Неподалёку хуторок один есть, местные его Лодочным называют. Только там.
– Другие варианты? – потребовал детектив.
– Никаких.
– Решено! Едем! – заключил Рубец.
Следующие четверть часа обошлись без приключений: «Тигр» слегка потряхивало на ухабах, Лемур внимательно следил и за дорогой, и за мобильным детектором аномалий, на них никто не нападал. Гудящий железный монстр со слепящими фарами отпугивал всякую живность на дороге, а бандиты не привыкли блуждать по Зоне ночью, да ещё и в таком гиблом месте. К тому же любители лёгкой наживы редко осмеливались атаковать технику. В темноте джип можно легко принять за военный, а с ними связываться – себе дороже. Охрана Периметра жестоко карала всяких нарушителей, осмелившихся саботировать их деятельность.
Рубец попытался завести разговор:
– Слушай, а как ты попал в Зону?
– Разве в Департаменте на меня не копал? – спросил Лемур.
– Не приходилось, – честно признался детектив.
– Ничего интересного, – пробурчал бродяга. – Я сюда практически прямиком из СИЗО… А сидел ни за что – один ублюдок меня подставил. Не самая приятная история.
Рубец не стал уточнять, по какой именно статье бродяга загремел в тюрьму. Положив винтовку на колени, он повернулся к нему:
– Как же ты с такими взглядами в сталкеры подался, а не в бандиты?
– Изначально я сюда с уголовниками и пришёл. Но вскоре отделился и освоился среди бродяг. Потом какое-то время с учёными работал. То были самые светлые деньки.
Воспоминания о былом относительном спокойствии заполнили мысли Лемура. Остаток пути проехали молча.
Вскоре показался тот самый Лодочный хутор. Со всех сторон он был огорожен довольно высоким деревянным забором. Всего на территории имелось пять построек: три дома, летняя кухня и что-то вроде сарая. Двери и окна одного из домов были заколочены и отмечены предупреждающими знаками.
Раздавшийся хлопок заставил Лемура включить дальний свети остановиться напротив хутора.
– Мне послышалось или там кто-то стрелял? – он вопросительно посмотрел на детектива.
С минуту в округе стояла тишина. Затем внутри одного из зданий вновь раздался глухой выстрел. Рубец схватился за винтовку.