Бука замолчал, и Прохор с трудом удержался, чтобы не полезть с расспросами. Если человек решил выговориться — пусть сделает это сам.
И тот оправдал ожидания, продолжив:
— Я ведь думал, что стал таким, как все. Нет ничего лучше, чем быть самым обыкновенным человеком. Удивительно, почему люди не понимают этой простой вещи. Любые странности, необычные способности и свойства не приносят счастья — они делают из людей уродов. И какое-то время я думал, что перестал быть уродом, тварью из Зоны. Но она дотянулась до меня и по ту сторону Периметра…
— Это Зона открыла портал у тебя дома? — не выдержал Прохор.
— Ты нашел эту дверь? — равнодушно отозвался Бука. — Да, это было приглашение. Очень любезно с ее стороны.
— Но ведь ты мог не возвращаться в Зону?
Нарушив неподвижность, Бука повернул голову. Молния над его головой тут же растворилась облачком пара, мгновенно превратившегося в ледяную пыль. Потянуло холодом. Бука поглядел, наконец, на Прохора:
— Мог. Но тогда Зона пришла бы ко мне. Ты хочешь Зону отчуждения в самом центре Москвы?
Похолодев, Прохор отрицательно помотал головой. Такое даже представить себе жутко. Однако и поверить в это непросто.
— Из-за тебя Зона может перекинуться за пределы Периметра? — осторожно спросил Прохор.
— Ты так и не понял, — Бука едва заметно улыбнулся. — Я и есть Зона.
Теперь по спине Прохора пробежали мурашки:
— К-как это?! Ты — Зона?!
Взгляд сам собой поднялся к этой страшной молнии, никак не желавшей закончить свое бесконечное ветвление.
— Строго говоря — одно из ее измерений, — равнодушно сказал Бука. — Один умный человек пытался объяснить мне, кто я такой. Он был ученым из Института, в Зоне кучу научных открытий сделал — заплатил за это здоровьем. Наверное, он понимал куда больше меня. Думаю, за это стерва его и убила.
— Какая стерва?
— Она же. Зона.
Бука наконец, увидел Клеща с Лолой за спиной Прохора. Снова поглядел на парня, сказал:
— Итак, ты отыскал дверь. Не пойму только, зачем ты полез сюда.
Прохор немного опешил. Неуверенно произнес:
— Но ты же оставил записку!
— Какую записку?
— Ну, как же… В пистолете! Сейчас…
Чувствуя нарастающее беспокойство, Прохор полез в карман, в котором хранил странное послание. Нащупал бумажку, вытащил…
Мятый обрывок был чист. Если так можно сказать по клочок залапанной грязноватой бумажки. С изумлением вытаращившись на Буку, Прохор хватал ртом воздух, не зная, что сказать.
Бука же, ничуть не удивившись, произнес:
— Я ничего не писал.
— Я уже понял, — пробормотал Прохор. — Чертовщина какая-то…
— Так зачем ты пришел сюда? — спросил Бука.
А вот это было уже как обухом по голове. Сглотнув, Прохор выдавил: