– Надо, – кивнул «ботан». – Пойдем, пообщаемся. Тут неподалеку хороший ресторан есть, где не разбавляют и еда более-менее.
– Только учти, я на нуле, – предупредил я.
– Без проблем, угощаю, – хмыкнул «ботан». – Пока еще деньги имеют какую-то ценность, их надо тратить.
Загадочная фраза. Но поскольку я вообще ни хрена ничего не понимал, то загадкой больше, загадкой меньше – без разницы.
Ресторан и вправду оказался неподалеку. Солидный с виду, явно покруче того, в котором я завтракал. В том числе и по ценам. Сели мы, значит, за столик, открыл я меню, сглотнул слюну – и закрыл. Неудобно заказывать, когда рядом с названиями блюд столько нулей. Хотя жрать хотелось. После того, как в меня стреляли и не попали, мне обычно кушать хочется зверски. Наверно, организм, довольный, что остался в живых, требует от жизни всего и много.
– Я сам сделаю заказ, не против? – спросил «ботан». – Кухню этого заведения я хорошо знаю, не разочаруешься. Ничего, что я на «ты»?
– Переживу, – хмыкнул я. – Кстати, звать-то тебя как?
– Фёдором, – ответил «ботан», с видом знатока разглядывая меню. – Рад знакомству, Иван Николаевич по прозвищу Снайпер.
Я аж чуть голодными слюнями не подавился.
– Не понял. Откуда сведения? И вообще, как ты меня нашел?
– В базе данных на уничтожение свидетелей твоё имя стоит первым, – вздохнул Фёдор. – Мое – двадцать четвертым. К каждому имени прилагается полное описание персонажа с фотографиями. Так что не трудно было догадаться, кто помог мне сегодня ночью. А нашел просто. На том телефоне, что я тебе подарил, установлена интересная рутовая апэкашка, так что теперь я при наличии под рукой достойного гаджета всегда могу узнать, где ты находишься, о чем и с кем разговариваешь, а также читать все твои чаты, если ты вздумаешь начать развлекаться таким образом.
– Так, – жестко сказал я. – Короче, давай сразу договоримся. Ты, как я понимаю, компьютерщик, так что говори простым человеческим языком, ибо я понятия не имею, что такое рутовые кашки, и о чатах имею самое смутное представление.
– Ну да, человек только из Зоны, а я тут… – пробормотал «ботан». – Короче, программа там такая. А про чаты если не знаешь, то лучше и не связывайся. Оставайся счастливым человеком.
– Принято, – кивнул я. – Теперь давай о том, что это за база такая, в которой я стою первым на ликвидацию, и кто были те, кто так откровенно пытался нас расстрелять прям посреди улицы.
– Наверно, проще будет рассказать все с начала, – вздохнул Фёдор. И выдал подошедшему ушастому официанту длинную фразу, включающую в себя много названий блюд, которые я слышал впервые. Ну да, отстал я от жизни. Уже и не упомнить, когда в последний раз в ресторане был. Хорошо хоть у Анжелики помыться удалось, а то вонял бы после Зоны как последний бомж, отравляя своими миазмами благоухающую атмосферу ресторана.
– Насчет компьютерщика ты угадал, – сказал Фёдор, отпустив официанта. – Я, если по-простому, он самый, причем весьма высокой квалификации. Хобби – альпинизм, ибо легкий я и подвижный, потому хорошо подходящий для этого дела. И автомобили. Причем своего никогда не было.
– Почему? – удивился я. – Хобби же ж.
– Как говорил один мудрый человек, всё, что ездит, летает и трахается, дешевле брать в аренду, – хмыкнул Фёдор. – Потому и квартира у меня тоже съемная, в которую теперь мне возврата нет.
– Похожие у нас с тобой ситуации, – заметил я. – Ладно, это все лирика. Давай ближе к теме.
– А тема, собственно, началась примерно с полгода назад, – сказал Фёдор, рассеянно теребя край белоснежной скатерти. – Фирма, в которой я работаю… хммм… работал, занималась локализацией… тьфу, забыл, – в общем, переводила зарубежные компьютерные игры на русский язык. Работали мы только напрямую с производителями игрушек, так что деньги нам платили очень приличные. Я же трудился в отделе тестирования, проверял, насколько удачно наши всё перевели и смонтировали.
И вот несколько месяцев назад некая неизвестная фирма разместила у нас довольно странный заказ. Требовался перевод очень необычной игры, основанной на дополненной… так, блин. Как объяснить-то доступно? В общем, игра как бы накладывалась на существующую вселенную. А ты ходил по городу, видел на экране мобилы как на видеокамере настоящие дома, проспекты и так далее. И, путешествуя по реальному миру, мочил компьютерных монстров, шарящихся по улицам Москвы. А, ну да, забыл совсем. Эта игра до сих пор есть в телефоне, который я тебе подарил.
В общем, игру мы протестировали, сдали материал клиенту, которого никто из нас, простых работников, живьем не видел – общался с ним только директор. И тут же получили два новых заказа, от которых у всех работников фирмы глаза полезли на лоб.
– Две игры, рекламу которых сегодня крутят на всех интерактивных билбордах?
– Надо же, какие ты слова знаешь! – удивился Фёдор. – Значит, еще не всё потеряно. Да, именно так. Причем эти игры не поддерживало ни одно современное электронное устройство, поэтому нам для работы выдали аппаратуру, предоставленную самим клиентом.
– Устройства, подключаемые напрямую к человеческому мозгу?
– Точно! При этом с нас, само собой, взяли подписки о неразглашении, параллельно выплатив очень нехилые авансы. Обязательным условием работы было не покидать здание фирмы до окончания тестов. За данным пунктом соглашения следили охранники нашей фирмы – четыре здоровенных лба, получившие особые инструкции от директора. Здание у нас старое, еще советских времен, эдакая крепость с широкими коридорами, высокими потолками, большими помещениями под офисы и фальшивыми колоннами на фасаде. Короче, нас заперли на этаже, еду привозили охранники, а мы ишачили как проклятые. Вернее, сидели в офисных креслах с гаджетами в ушах, тупо глядя в мониторы.
– Знакомо… – пробормотал я. В прошлом и мне пришлось пройти через нечто подобное, и не сказать, что эти воспоминания были приятными.
– Как я понимаю, на этих тестах проверялись не столько сами игры, которые были практически готовы, сколько взаимодействие мозга человека с новой технологией. Мы были бета-тестерами, подопытными крысами, на которых неведомые научно-технические гении проверяли свой продукт перед тем, как внедрить его в массы. Отлучались мы с рабочих мест лишь для того, чтобы поесть, справить нужду и размять ноги. Хотя, если честно, этого делать не хотелось. Через некоторое время ты переставал воспринимать картинки на мониторе и вместо этого начинал чувствовать на себе тяжесть доспехов и вес реального оружия в руках, осознавая при этом, что это всё не настоящее. Видеть, как на стенах офиса появляются старинные гобелены, на столах – золотые кубки, дешевые жалюзи на окнах превращаются в бархатные шторы, расшитые…
– Стоп, – сказал я, поняв, что поток информации превращается в восторженные личные воспоминания, не имеющие отношения к делу. – Это всё, конечно, круто, но что было потом?
– А потом меня с фастфудной жратвы, которой нас пичкали охранники, пробил понос, – пожал плечами Фёдор. – Из десяти тестирующих меня одного накрыло. Труба, в общем. День превратился в череду пробежек с кресла на толчок и обратно. Наконец одному из охранников это поднадоело. Он мне и сказал: «Слышь, Федя, ты достал туда-сюда носиться. Иди продрищись как следует, а мне пока дай хоть одним глазком взглянуть, с чего это вы так тащитесь». Ну, я ему отдал свой гаджет, а сам отправился в санузел. Надолго. А когда возвратился, то увидел, что дверь офиса открыта и из-за нее слышны приглушенные хлопки, сопровождающиеся странным постукиванием…