Я выплюнула кусок ткани изо рта, когда Ник подхватил меня, перекинул через плечо и побежал к своему грузовику.
– Мы победили? – поинтересовалась я из своего перевернутого положения.
– Просто заткнись, Аликс.
Ник швырнул меня на сиденье, перелез через меня и выехал с парковки на такой скорости, что гравий вылетал из-под шин грузовика.
– А как насчет этого, – слабо прокомментировала я, глядя на его разбитую, окровавленную губу. – У тебя в грузовике новые двери.
– Ты что, совсем спятила? – взревел Ник. – Я говорил тебе, чтобы ты не оставалась наедине со своими кузенами, и что же ты делаешь? Ты заползаешь с ними в машину, напиваешься, тебя чуть не изнасиловали, и ты начинаешь драку.
С несчастным видом я съежилась у двери.
– А почему тебя волнует, что будет со мной? Ты же меня ненавидишь.
– Я не ненавижу тебя.
По крайней мере, сейчас Ник не огрызался.
– Ненавидишь. Ты больше со мной не разговариваешь. Ты даже не смотришь на меня, – из моего глаза выкатилась слеза и потекла по щеке. Когда Ник не ответил, я смахнула ее, снова разозлившись. – Вот видишь! Теперь ты даже не будешь со мной разговаривать. Ну, что ж, у меня есть для тебя новости. Я тебе не принадлежу, и ты не можешь запретить мне приходить в «Burger Zone» каждый вечер, если я захочу. Мне не нужно, чтобы ты был рядом и заботился обо мне. Я же не какой-то там чертов ребенок! – мой голос становился все громче, и последние слова я уже выкрикивала.
– В этом-то и проблема, – пробормотал Ник, не глядя на меня.
Но тут у меня возникла новая трудность.
– Останови грузовик.
Ник бросил единственный взгляд на мое лицо и резко вывернул руль, остановив грузовик. Мы были где-то за городом, на гравийной проселочной дороге рядом с полями. Я вывалилась из машины и согнулась пополам, когда желудок начал открыто бунтовать. После, как мне показалось целых тридцать минут, «желудочного бунта», Ник сунул мне в руку оранжевое бумажное полотенце.
– Может быть, теперь ты почувствуешь себя лучше.
Лучше? Мне будет лучше только в том случае, если я умру.
– Где мы?
– У меня еще нет прав. Я везу тебя домой, но мы должны держаться подальше от центральных улиц, – Ник снова полез в машину, достал бутылку содовой и протянул ее мне. – Прополощи этим рот.
Я так и сделала, потом слабо прислонилась к ржавому крылу и откинула волосы с лица. Луна была большая и полная, и справа от нас раздался крик козодоя.
– Как ты узнал, где я нахожусь?
– Я слышал, как Судья орал на твою мать за то, что она тебя отпустила.
– И поэтому ты решил пойти за мной?
Я взглянула на него из-под ресниц. Ник стоял рядом со мной, засунув руки в карманы.
– Да.
Если бы я не была наполовину пьяна, то никогда бы не сказала следующего.
– Я скучала по тебе.
Ник посмотрел себе под ноги.
– Я тоже по тебе скучал.
Я повернулась к парню, и слезы снова потекли по моим щекам.