Межавторский цикл "Сталкер-7". Компиляция. Книги 1-24: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Наоборот – это им всем, с ножами и арматурой, не повезло оказаться рядом с ним.

И самый главный неудачник – тот закоренелый грешник, за которым Заур подался в чужой район на другом конце столицы. Из-за него палач с утра до заката бродил по загаженным улицам с отрешенным видом, корча из себя первостатейного простака, которого не обобрать ну просто грех. Он столько раз доставал на публике неприлично толстый бумажник, что мог бы вообще не прятать его.

Удача улыбнулась Зауру лишь под вечер, после полутора десятков подкатов разного рода жуликов и гоп-стоперов. Бывалый бандит в бронежилете, едва не лопавшемся на брюхе, – вот его цель.

Единственная лампочка, освещающая этот сектор подвала, зажужжав, моргнула.

– Покойтесь с миром. – Заур выстрелил, не вынимая рук из карманов, где только и ждали подходящего момента «микро-узи», снятые с предохранителей еще у лестницы.

Два по двадцать патронов, выскочив из магазинов, чуть ли не мгновенно лишились своих пуль, из-за чего в клочья разодрало не только плащ палача, но и плоть грешников. Заур дернул головой влево – и мимо, едва не провалив ему затылок, порхнул в подвальный полумрак ржавый арматурный прут. Это была единственная контратака. Больше никто даже не попытался дать отпор – не ожидали такой прыти от тощего очкарика-хромоножки. Пришлось разок перезарядиться и повернуться вокруг своей оси, чтобы никто – кроме толстяка-урода в бронике и мальчишки – не остался без своей порции полуоболоченных стальных сердечников.

И двух секунд не миновало, как бандиты – за редким исключением – отошли в мир иной, и не в горние выси, но куда глубже фундамента отправились их неправедные души. Пустые магазины упали на пол, с щелчками их заменили полные. Лишь только после этого Заур сунул «микробиков» – так ласково он называл свое оружие – в кобуры под мышками.

– Опять пришивать новые карманы. В шестой раз за неделю. – Он шагнул к толстяку, которому бронежилет помог, как пойманному карасю – подсолнечное масло на сковороде. Если бы из продырявленного живота вместо коктейля из лимфы и эритроцитов тек жир, раненый уже избавился бы от всех излишеств на талии. – Ну да оно того стоит, верно?

В ответ послышались отборнейшие проклятья, перемежаемые богохульством. Закончился монолог хрипами и бульканьем, когда изо рта толстяка хлынула кровь.

Чуть в стороне, забившись в угол, жалобно скулил пацан.

Больше живых, не считая крыс и самого Заура, в подвале не было.

– С-су-к-к-а-а… – слово буквально выплеснулось изо рта бандита в бронике.

Похоже, у палача не так уж много времени, чтобы поговорить с ним по душам. Заур присел на корточки рядом с умирающим грешником.

Из угла раздалось что-то вроде рычания. Палач скосил взгляд. Это пацан. Подобрался весь, сжал кулаки:

– Не надо! Не трогайте папу!

У толстяка, значит, есть сынок?.. Заур на миг задумался. Впрочем, это ничего не меняет.

Он достал Знак, сунул умирающему под нос, чтобы точно увидел. Знак этот простой, издалека узнаваемый. Что-то вроде рыцарского щита, основы с герба средневекового крестоносца. На щите – выпуклое изображение деревянной колоды, рядом с ней стоит человек в колпаке, закрывающем лицо, но с прорезями для глаз. В руках у человека здоровенный топор. И крупно сверху надпись красной запеченной эмалью: «Закон суворий, але це закон»[2]. Увесистая штука. Таскать ее с собой – не только служебная обязанность Заура, но и… А чем не верига? Опять же, можно вместо кастета использовать, проверено.

– Десять лет назад, – он перешел сразу к делу, – ты, толстый, участвовал во Всеобщей Войне Банд, верно?

В ответ толстяк довольно метко плюнул. Тыльной стороной ладони Заур вытер с лица сгусток чужой крови. Пожалуй, в иной ситуации он убедил бы грешника, что так поступать не следует, но сейчас дорога была каждая секунда.

– Вы устроили перестрелку на Крещатике, взорвали с полсотни авто, что были припаркованы рядом и проезжали мимо, – вам надо было перекрыть дорогу враждебной группировке, верно? Конкретно ты, толстый, – Заур ткнул пальцем в бронежилет, – участвовал в той бойне, я запомнил твою уродливую рожу, уж очень она примечательная. Но я не знаю, кто руководил той бандой, что устроила беспредел в самом центре города. Как звали вашего командира, где его найти? Он мне должен… Он должен понести наказание.

– Да пош-шел ты! – На багровых губах бандита расцвела мерзкая улыбка.

– Еще один такой выбрык, и я… – Заур выразительно посмотрел на мальца: – Как тебя зовут, малыш? – Не дождавшись ответа, перевел взгляд на толстяка: – Хочешь, прострелю ему ногу так, что он и шагу не сделает без такой симпатичной игрушки, как у меня? – Заур задрал брючину, продемонстрировав металлопластиковый протез.

Вообще-то, он блефовал, но…

Главное, это подействовало. Толстяк поспешно заявил, что все расскажет. Вот только голос изменил ему. Стремительно теряя силы, бандит уже не говорил, а лишь едва слышно шептал нечто невразумительное.

Просматривая сводки за истекшие сутки, Заур увидел его на видео, снятом скрытыми камерами во время уличного ограбления. И сразу узнал. Он помнил эти бородавки и обнаженные в вечном оскале зубы, они снились ему по ночам.

И вот палач нашел грешника.

Он склонился над ним, чтобы услышать ответы, которые прольют свет на мрак давней тайны:

– Что?.. Еще раз и четче.

И получил заточкой в сердце.

Ну, почти получил. Удар был выверенный, умелый. Толстяк знал, куда бить, профи, и даже потеря крови не сказалась на его навыках. Вот только Заур отбил ладонью в черной коже смертоносную сталь. Толстяк тотчас ударил вновь – Заур подставил руку. Заточка с хрустом вошла в предплечье сантиметрах в пяти от локтя и застряла.

[2] Закон суров, но это закон (укр.).