— Оригинал не сохранился, а копий чертовски много. — Пятый, который как всегда появился в самый неожиданный момент, словно ни в чем не бывало потянул руку за порцией кофе и стрельнул взглядом в сторону Инфинити, всё ещё разговаривающей с Сэмми. Челюсти сами по себе сцепились, издавая противный скрип.
— Библия? — предложил — что удивительно — Клаус, глядевший на всех поверх очков.
— Так же, как и Коран, и Тора, и Джайн Агам, и Трипитака, и Кодзики, и Дао дэ цзин и ещё около пяти священных писаний, — вновь опровергнул версию парень, делая глоток любимого напитка. — Что? — замечая, как на него уставились все родственнички, включая новообретённого Бена, спокойно спросил тот.
— Откуда ты всё это знаешь?
— К сожалению, в Апокалипсисе было трудно найти стоящие книги, выбор маленький, — сквозь ядовитую усмешку, ответил Пятый, глядя на Эллисон, задавшую вопрос. — Давайте вернёмся к теме рассуждения. Я больше склоняюсь к той версии, что это картина. Правда, пока что не могу предложить варианта.
— Возможно, — кивнула Ваня, листая страницы книги. — Может, пойдём от обратного? — Все с интересом на неё взглянули. — Что, если отобрать художников и писателей, которые хоть как-то были связаны с мистикой?
— Неплохая идея и…
— Дерьмо, — вновь оборвал рассуждения Пятый, заставляя Лютера замолчать и глупо уставиться на брата.
— Почему?
— Потому что Пять знает, что Комиссия скрывает имена многих таких представителей под псевдонимами, — объяснил Диего, вертя в руках значок.
— Да, и пока мы накопаем информацию, уже состаримся, а, при всей своей любви к вам, не слишком горю желанием оказаться в одном доме для престарелых, обсуждать марки памперсов и играть в нарды. — Никто уже не удивился этому сарказму из уст братца, который проговорил всё это спокойным голосом. Каждый выражал свою любовь по-разному.
— И что же нам делать? — нахмурился Лютер.
— Думать и разгадывать, — вздохнула Эллисон, улыбнувшись мужчине, отчего тот тут же засветился от разливающего в груди тепла. — И самое главное верить.
Все лишь промолчали, прекрасно понимая, что это было единственное решение в их ситуации. Конечно, они верили в то, что разгадают подсказки, найдут ключ, вернутся домой, скрипя зубами из-за расставания с Ифи, но вот когда это будет? Никто не знал.
Пятый допил содержимое чашки, аккуратно поставил её на поверхность стола, а после медленно повернул голову влево. Инфинити искренне улыбалась маленькой девочке, которая уже путешествовала во времени со своей мамой, просто светясь светом и внутренней энергией. Такая, чёрт возьми, красивая и жизнерадостная, несмотря ни на что. Около сердца приятно потянуло, пусть парень и пытался это игнорировать.
Хотя, в любом случае — нужно было жить этим моментом.
Невесомая улыбка тронула губы Пятого, когда он вновь заметил смех Инфинити.
***
— Ставлю пятьдесят баксов, что она поймёт.
— Сто, что она отошьёт его…
— Чем вы здесь, придурки, занимаетесь? — недовольно спросил Пятый, останавливаясь в дверном проёме и замечая, как братья бросали деньги друг перед другом.
Они вальяжно, можно даже сказать с одолжением, повернулись в его сторону, а после, заговорщически переглянувшись, хмыкнули, каждый отпивая из своего стакана. Пять прищурился, пытаясь понять, что за чертовщина творилась и почему он о ней не знал.
— Да так, ставим ставки, кто разгадает загадку.
— Ты эти сказки будешь душевнобольным рассказывать, к которым я тебя упеку после возвращения домой, Клаус, — с раздражением начал парень, проходя к креслу, — а сейчас, будьте добры и посвятите меня в ваш заговор.
Пятый плюхнулся на мягкую поверхность и вскинул брови, тем самым выжидая ответ, при этом ясно давая понять, что без него не уйдет. Диего усмехнулся, многозначительно взглянул на номер Четыре, а после глубоко вздохнул, словно раздумывая сказать сразу или же потомить с ответом.
— Мы спорим о том, сколько пройдет времени перед тем, как вы с Инфинити замутите коллаб и у нас появятся племянники, — Клаус, ненавидящий немые паузы, выпалил всё на одном выдохе. Лицо Пятого, к большому удивлению братьев, осталось непроницаемым, даже скорее каким-то скучающим. — А у вас большая внеземная, но такая пылкая и страстная любовь… — манерничая, добавил он, после чего сделал глоток мартини.
— И кто на что поставил? — как бы невзначай спросил парень, сделав непонятный жест рукой в воздухе.
— И ты нормально к этому отнесёшься? — недоверчиво решился уточнить номер Два.
— К тому, что вы идиоты? Да, вполне, — с мягкой улыбкой хмыкнул Пять. — Так что? — Всем своим видом давать понять, что ему были интересны ставки и цена вопроса, Пятый нарочно проигнорировал прищуренный, пилящий его висок взгляд Диего. — Клаус? — понимая, что от номера Четыре будет легче добиться хоть чего-то, многозначительным голосом произнёс он.
— Я поставил на то, что Инфинити раскроет свои тёплые объятия, пятьдесят долларов, а Диего на то, что она тебя пошлёт — сто.