Алексей Ботян: читать начало книги онлайн

НЕСКОЛЬКО СЛОВ К ЧИТАТЕЛЮ

Удивительно, но о долгой жизни Героя России Алексея Николаевича Ботяна мы на самом деле знаем совсем-совсем мало. Судите сами: единственный по-настоящему открытый период его жизни — «детство — отрочество — юность» — читателя интересует, что называется, постольку-поскольку… По-настоящему важное начинается с 1939 года, с призыва нашего героя в Польскую армию, — и эта тема совершенно открытая. Более или менее известен период начала его службы в советском НКВД и Великой Отечественной войны, однако некоторые «странички» (скорее даже — многие из них) того времени по тем или иным причинам опять-таки остаются для нас закрытыми. А уж послевоенная служба Алексея Ботяна, от старшего лейтенанта до полковника, закрыта практически напрочь и ещё очень долго — если не всегда! — будет пребывать под грифом «Совершенно секретно».

Как видите, знаем мы о его активной деятельности совсем немного. Так ведь и о том времени, когда Алексей Николаевич вышел в отставку, многого не расскажешь! Хотя вроде бы он давно уже отслужил и, как считается, «ушёл на заслуженный отдых», но ни отдыха этого, ни тем более покоя не было буквально до самых последних дней его жизни. Были встречи и контакты с различными людьми, о большинстве из которых — как людей, так и контактов — не говорилось, были поездки, места и цель которых тоже в общем-то сохранялись в тайне. Почему? Да потому, что Алексей Николаевич встречался и работал с нынешними — то есть с действующими, а потому «закрытыми», сотрудниками спецслужб, среди которых он пользовался высочайшим авторитетом, вызывал у них огромнейший интерес. Причём это был не только человек-легенда, боевые операции которого ныне изучаются по учебникам (соответственно, совершенно секретным), но и живой, весьма адекватный человек — в том смысле, что не какой-то недоступный по своей высоте начальник, не некий «забронзовевший» ветеран, увешанный многочисленными юбилейными знаками и немногими наградами, а свой, близкий, понятный опер, такой же, как они. Ну, несколько постарше — но в душе столь же молодой, лихой, авантюрный, доступный в общении… В общем — абсолютно свой, надёжный и понятный!

Что же остаётся известным для нас, простых, так сказать, граждан, из ста трёх лет, прожитых Ботяном? Получается, что только лишь лет шесть-семь частично открытых, да ещё некоторые фрагменты из последующего времени. Не мало ли? Нет! Ведь даже того немногого, что мы знаем, с избытком хватит на несколько книг, на страницах которых можно рассказать о блистательных подвигах и горьких разочарования, о взлётах и падениях, о переломных моментах истории и их влиянии на судьбы мира и конкретной личности, а также — о смелых до дерзости поступках, о просто сумасшедшем боевом везении и самых настоящих, не придуманных чудесах.

И на всём этом фоне — жизнь замечательного, удивительного человека, честно и преданно служившего своему Отечеству, никогда никого и ничего не боявшегося, но при этом — оптимистичного, жизнерадостного, азартного, увлекающегося, никому не завидовавшего и очень симпатичного, безумно обаятельного. Он очень хорошо знал и понимал людей, прекрасно в них разбирался — тем более что кое с кем ему приходилось встречаться и в таких ситуациях, что, как говорится, не дай бог! — но всё равно продолжал любить людей, относился к ним с интересом, вниманием и пониманием… И люди, в своём подавляющем большинстве, также относились к нему со вниманием и уважением. Даже с почтением и любовью.

К тому же Алексей Николаевич Ботян принадлежал к одной из самых романтических и таинственных профессий: профессии разведчика, причём к особой её элите — нелегальной разведке, окружённой легендами, загадками, сплетнями и, главное, глухой, непроницаемой тайной. Золотая Звезда Героя Российской Федерации свидетельствует о том, что в своей профессии Ботян достиг наивысшего совершенства.

…Очень надеемся, что в этой книге нам удалось нарисовать реальный портрет этого прекрасного человека, которого мы знали и очень любили и который покинул нас совсем недавно: в начале февраля високосного 2020 года, через несколько дней после своего 103-летия. Хотя казалось, что он будет жить вечно… Или просто — всем нам очень того хотелось?

Нет сомнения, что он был последним остававшимся в живых солдатом, вступившим в бой с нацизмом в самый первый день Второй мировой войны — 1 сентября 1939 года. Так что с ним вместе действительно ушла эпоха — это без всяких громких слов. Его уход оставил зарубку на сердце каждого из нас, его знавших, пусть это и звучит красиво, но это так. И книга эта — дань нашей благодарной памяти, стремление увековечить славное имя Алексея Николаевича Ботяна.

Глава первая

ДЕТСТВО В ДЕРЕВНЕ ЧЕРТОВИЧИ

Можно начать рассказ с того, что родился Алексей Ботян в самое что ни на есть переломное время, да ещё и в таком месте, которое вскоре ожидали немалые потрясения. Но так как самое ценное для разведки — это подлинный документ, снабжённый соответствующим грифом, то для того, чтобы читатель видел, насколько всё серьёзно, мы предваряем наше повествование фрагментом из уникального документа, на котором стоит штамп «Совершенно секретно».

Хотя, конечно, дотошный читатель предпочёл бы получить от нас родословную с описанием рода Ботянов хотя бы до второй половины XV века — пусть и никоим образом не грифованное, ну или изображение его родословного древа, однако в белорусских лесах подобные деревья не произрастают, а своего прадеда тамошние крестьяне знают лишь по имени — конечно, ежели помнят отчество своего дедушки. Вот в результате и приходится брать документ из Архива СВР:

«Анкета специального назначения работника НКГБ

1. Фамилия, имя и отчество: Ботян Алексей Николаевич.

<…>

3. Год, месяц и число рождения: 10 февраля 1917 г.

4. Место рождения: БССР, Молодечинская обл., Воложинский р-н, дер. Чертовичи.

5. Национальность, родной язык: белорус, белорусский.

6. Если ранее состоял в другом гражданстве или подданстве, указать, в каком именно, когда принят в гражданство СССР: до присоединения Зап. Белоруссии в состав Советского Союза имел польское подданство.

7. Социальное происхождение: из крестьян, служащий.

<…>

26. Служили ли в белых или иностранных армиях, в каких частях, где и когда, последний чин и должность, участвовали ли в боях против Красной Армии, где и когда, какие имели награды, за что, от кого: служил в Польской армии в 3-м дивизионе зенитной артиллерии в гор. Вильно в чине унтер-офицера. В боях против Красной Армии не участвовал…

30 июля 1945 года»[1].

Сделаем небольшое отступление. Сегодня, очевидно, уже мало кто знает, что в Белоруссии некогда существовала Молодечинская область. Неудивительно: даже в Политическом словаре 1940 года издания, где помещена статья «Западная Белоруссия», посвящённая территориям бывшей Российской империи, только что возвращённым в состав СССР, Молодечно среди тамошних крупных городов не значится, хотя известен он был уже с конца XIV века. В знаменитой энциклопедии Брокгауза и Ефрона, издававшейся на рубеже XIX–XX столетий, Молодечно именуется местечком Вилейского уезда Виленской губернии[2] с населением 2393 жителя. Ну а к 1985 году количество таковых составляло 84 тысячи.

После крушения Российской империи эта самая Виленская область превратилась в «яблоко раздора» между Литвой и Польшей, которая её оккупировала, вопреки международным договорам, и только через 20 лет, в 1939 году, город Вильно превратился в Вильнюс, столицу Литовской Республики, которая вскоре добровольно войдёт в состав СССР. Тогда Вилейка обрела вдруг воеводский или областной статус, который сохраняла до 1944 года, когда Вилейская область и обратилась в Мо-лодечинскую. Впрочем, ненадолго: в январе 1960 года таковая была упразднена, а её территория вошла в состав Минской области. Оно и понятно: деревня Чертовичи, в которой родился Алексей Николаевич, располагалась в 78 верстах от Минска и в ту пору примерно в десяти верстах от линии фронта, где друг против друга стояли войска кайзеровской Германии и Российской империи, доживавшей свои последние дни. Впрочем, Германская империя переживёт её всего на год.

Хотя Россия уже вступила в смутный 1917 год, но главные его события были ещё впереди, и тогда, в самом начале февраля, вряд ли кто полагал, что трёхсотлетняя история царствующей династии Романовых вплотную подошла к своему финишу.

Но всё-таки Алексей Ботян успел родиться «в царские времена» и на территории Российской империи. Однако совсем скоро эти земли временно отойдут к Польше и только в конце 1939 года будут включены в состав Белорусской Советской Социалистической Республики, одной из союзных республик великой державы СССР — Союза, объединённого вокруг России, прямого наследника империи, рухнувшей по причине бездарности своего очередного правителя. (Кто бы знал, что подобная судьба ожидает, в конце концов, и великий Союз!)

Вот какая оказалась история с географией!

«Я считаю, что жизнь моя сложилась таким образом благодаря моему отцу, Николаю Николаевичу Ботяну, за что я ему очень признателен, — рассказал нам однажды Алексей Николаевич. — Ведь если бы он рассудил так, как думало подавляющее большинство в деревне: мол, пусть сын здесь живёт и работает, то я бы получил только начальное образование и остался бы в своей деревне, как все другие наши ребята, которые за всю свою жизнь никуда из родных мест ни разу не выезжали. А ведь время тогда было непростое, тяжёлое, к тому же образование в Польше было бесплатным только до седьмых классов, дальше нужно было платить, но отец все эти трудности преодолел. Для этого даже одну коровку пришлось продать — у нас их тогда две было. Овцы также были, куры… У нас ещё и лошадь была, очень хорошая, её даже хотели взять в польскую кавалерию, предлагали отцу за неё большие деньги, но он лошадь не отдал… Так что благодаря отцу я получил польское образование, и это мне очень помогло в дальнейшей жизни. Почему польское? Так все белорусские школы, которые были у нас в Западной Белоруссии, в 1925 году закрыли, и после того образование можно было получать только на польском языке. Лишь в одном каком-то городе, от нас не очень далеко, но не помню точно, в каком, была белорусская гимназия — и та националистического характера, антисоветского направления…»[3]

[1] Документы, опубликованные без указания источника, предоставлены автору Архивом Службы внешней разведки. (Здесь и далее — примечания автора.)

[2] Точнее, там ошибочно написано «Виленского уезда Виленской губернии», но в статье «Вилейка» говорится, что Молодечно входит в данный уезд. Не всё так просто!

[3] «Во всей Польше на 3 миллиона белорусов было всего несколько белорусских школ, в которых учились только 2 тысячи белорусских детей. Больше половины населения [Западной] Белоруссии было неграмотно» (Политический словарь. М., 1940. С. 195).