Миры Филипа Фармера. Т. 6. В тела свои разбросанные вернитесь. Сказочный пароход: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Титантроп поигрывал топором, как перышком. Кремневая секира весом в пятьдесят фунтов грозно посвистывала в воздухе.

— Езли эта штука вырветзя зейчаз из моей руки, она не только проломит ему грудь, но и уложит половину ребят позади него, — прорычал гигант.

И норвежцы знали, что он не шутит. Они не раз видели, как Джо дробил черепа врагов. Викингов было много, но великан действительно мог перебить половину команды, прежде чем они прикончили бы его. Тем не менее воины чтили долг верности и, даже питая к Эрику неприязнь, не позволили бы себе и другим нарушить клятву, данную конунгу.

Казалось, откуда бы в речной долине взяться трусам, если смерть в этом мире почти ничего не означала. Люди погибали, чтобы восстать из мертвых опять, и в таких условиях отваге просто полагалось бы стать универсальной чертой характера. Действительно, те, кто были смелыми на Земле, становились здесь вдвойне смелее. А вот трус по-прежнему оставался трусом. Умом человек понимал, что смерть будет длиться лишь день, но подсознание, клетки мозга и та эмоциональная конфигурация, которая создает человеческий характер, наотрез отказывались воспринимать подобный факт.

Сэм стремился избегать насилия и боли — причем боли он боялся даже больше, чем смерти. Ему часто приходилось сражаться вместе с викингами, и он метал копья, махал топором, наносил и получал ранения. Однажды Сэм даже убил человека, хотя это можно было объяснить скорее случайностью, чем его ратным мастерством. Одним словом, воин из него получился неважный. Как только начиналась битва и он видел первую кровь, страх открывал все клапаны его сердца и сила выливалась наружу. Сэм знал, насколько он плох в бою, но ему и в голову не приходило винить себя за это.

Эрик славился жестокостью и отвагой, но он понимал, что ссора с Сэмом ему не нужна. В случае вполне вероятной смерти Кровавый Топор терял бы свою долю мечты о большом пароходе. И тогда кто-то другой повел бы его людей на штурм далекой башни, лишив тем самым Эрика великих побед и хвалебных песен. Кроме того, несмотря на насмешки, конунг верил в откровения богов и вещие сны.

Зная этого человеку, Сэм Клеменс мог поспорить, что амбиции викинга пересилят гнев. И он оказался прав. Конунг опустил топор и выдавил из себя улыбку.

— Глупо пренебрегать посланием богов, не проверив, что оно сулит, — сказал он. — Я знавал жрецов, которым не хватало мужества во время сражений, и все же Один и Хеймдалль посылали им вещие сны. Эти люди лгали нам большую часть времени, но иногда они говорили от имени богов. На том и порешим! Мы отправимся копать железо! Найдем его — хвала тебе, Клеменс. Но если не найдем… Тогда мы продолжим наш спор с того места, где он закончился сейчас.

Сэм вздохнул с облегчением и опустился на землю, пытаясь скрыть дрожь в руках и ногах. Мочевой пузырь настойчиво гнал его в кусты, но Клеменс не посмел уйти в такую минуту. Он должен был вести себя как победитель. Чуть позже, понимая, что больше ему не продержаться, он гордо удалился к холмам.

Мистер Икс, Таинственный Незнакомец, сказал, что копать надо ниже по Реке, где-то у десятого питающего камня. Однако использование местных жителей в качестве рабочей силы осложнялось непредвиденным обстоятельством. Чикагский гангстер двадцатых — тридцатых годов Альфонсо Джилбретти заключил союз с бельгийским сталепромышленником конца девятнадцатого века и турецким султаном из середины восемнадцатого столетия. Этот триумвират, следуя новой классической схеме, создал мощную организацию, в костяк которой вошли профессионалы преступного бизнеса по прошлой жизни на Земле. Все, кто выступил против самозваных правителей, через сутки оказались в других регионах мира Реки, а для остальных «граждан» банда определила граалевый налог, который полагалось платить за так называемую защиту. Джилбретти набрал себе гарем из пяти женщин — причем две пришли к нему по своей воле, а одна умерла на следующий день. Решив отомстить насильнику, она попыталась проломить ему голову своим граалем, но ей это, к сожалению, не удалось.

Эти сведения встревожили Сэма. Он понял, что викингам придется столкнуться с двумя сотнями бандитов и как минимум с тысячью «народных ополченцев». Этим силам они могли противопоставить только сорок мужчин и двадцать женщин. Правда, вооружение местных обитателей состояло в основном из бамбуковых копий с заостренными концами, в то время как викинги имели каменные топоры, щиты из кожи «речного дракона», копья с кремневыми наконечниками, луки и стрелы. И еще с ними был Джо Миллер.

Прибытие корабля собрало огромную толпу местных жителей. Кровавый Топор объявил им, что его люди решили искать здесь железо. Он пригласил всех желающих примкнуть к его команде, пообещав за это не только долю в деле, но и отмену граалевого налога. Кроме того, он заверил людей, что отныне никто не посмеет насиловать их женщин.

Джилбретти метнул в него копье и обрушил на Эрика поток сицилианских проклятий. Но ни первое, ни второе не задело викинга. Усмехнувшись, он швырнул свой топор во врага, и стальное лезвие вонзилось в грудь мафиози. Конунг спрыгнул на берег, сжимая в руке дубину, утыканную кусками кремня. За ним ринулись тридцать викингов и Джо Миллер. Оставшиеся на борту женщины выпустили в толпу уголовников пару дюжин стрел и последнюю уцелевшую ракету. Она попала точно в цель — в задние ряды верноподданных Джилбретти. Около сорока человек были убиты, ранены и контужены.

Не прошло и двух минут, как головы бельгийца и турка треснули под топором Джо. Остальные бандиты либо погибли, либо сбежали, спасая свои жизни.

Однако им не удалось уйти от возмездия. Насильно завербованные «ополченцы», получив столь долгожданную возможность отомстить, избивали и разрывали на части своих мучителей. Десятерых уцелевших гангстеров распяли на земле, пронзив их тела бамбуковыми щепками. Клеменс изо всех сил старался не обращать внимания на крики жертв. Ему хотелось прекратить этот жуткий спектакль, но он побоялся, что призыв к порядку ослабит его популярность в глазах местного населения. И только Лотар фон Рихтхофен не пожелал мириться с дикарским весельем. Он сказал, что понимает справедливость мести и желание людей карать своих вчерашних мучителей. Но он не мог допустить, чтобы праведный суд превращался в подобное варварство. Шагнув к распятому страдальцу, барон прикончил его ударом топора и приказал ополченцам убить остальных бандитов. Хорошо, что рядом не было конунга, иначе он отменил бы это распоряжение. Эрик считал, что муки врагов служат народу не только развлечением, но и уроком на будущее. Однако в тот момент конунг находился в прострации — при взрыве ракеты его оглушило осколком каменной шрапнели.

Ополченцы неохотно подчинились, однако выполнили приказ на свой лад. Они бросили бандитов в Реку, зная, что щепки в руках и ногах не позволят их жертвам выбраться на берег. Некоторые пошли ко дну сразу; другие барахтались в воде несколько минут. И было странно видеть, как они цеплялись за жизнь, хотя через сутки им предстояло воскреснуть вновь. Инстинкт выживания заставлял их бороться до конца, и они из последних сил тянулись за глотком воздуха.

Глава 11

К добыче железа они приступили не сразу. Сначала пришлось провести организационную работу, избрать административные, судебные и законодательные органы, создать вооруженные силы и провозгласить новое государство. После недолгих споров Клеменс и Кровавый Топор решили, что их страна должна простираться на три мили вверх и вниз по Реке, начиная от места предполагаемых раскопок. На границах воздвигли «линии Мажино» — две полосы по двадцать футов шириной, где из земли под разными углами торчали заточенные бамбуковые колья. Каждая линия обороны начиналась у основания гор и тянулась до самой Реки. У пропускных ворот построили несколько хижин, в которых разместился гарнизон, вооруженный копьями и луками.

Когда вдоль берега возвели третий рубеж, «Дрейругр» отправился за кремнем, россыпи которого, по словам Таинственного Незнакомца, находились в тридцати милях выше по течению. Кровавый Топор и пятнадцать его людей остались на суше, поэтому экспедицию возглавил помощник конунга, Снорри Рагнарссон. Ему предстояло договориться с местными властями о большом количестве кремня в обмен на будущие поставки железа. При отказе от сделки и прочих неувязках Снорри следовало пригрозить им войной. Для верности Эрик предложил отправить на корабле и Джо Миллера, считая, что размеры титантропа и его уродливый вид помогли бы сделать будущих партнеров более сговорчивыми.

Сэм был вынужден согласиться с логикой норвежца, хотя ему ужасно не хотелось расставаться с Джо. Однако сам он в экспедиции участвовать не собирался, поскольку Кровавый Топор мог натворить в его отсутствие черт знает что. Предводитель викингов отличался вздорным и самонадеянным нравом. Его выходки могли оскорбить вновь приобретенный народ, что неминуемо привело бы к государственному перевороту и гибели небольшой горстки норвежцев.

Сэм шагал взад и вперед по своей хижине, яростно глотая дым сигары и размышляя над ситуацией. Где-то здесь, под травой, находилось железо, причем запасов металла вполне хватило бы для осуществления его мечты. Но он не мог приступить к земляным работам без предварительной подготовки, а каждая проблема, которую удавалось решить, тянула за собой дюжину других.

От расстройства Сэм начал покусывать кончик сигары. Он понимал, что без Джо их переговоры о кремне обречены на провал. Чтобы добиться согласия на сотрудничество, Снорри должен предъявить своим оппонентам что-то очень веское и убедительное — такое, как грозный титан. А что, если Эрик воспользуется отсутствием Джо и попытается разделаться с ним, Сэмом Клеменсом? Конечно, он не сделает этого открыто, иначе, вернувшись, Джо оторвет ему голову. Но ведь смерти Сэма можно придать вид нелепой случайности…

Клеменс даже вспотел от этой мысли.

— Если я умру, меня перенесет Бог знает куда, и, возможно, понадобится тысяча лет, чтобы доплыть до здешних мест на каноэ. Тем временем кто-то другой уже добудет железо и построит мой пароход. Нет, я на такое не согласен! Это мой пароход! Мой!

Послышался стук в дверь, и в хижину вбежал Лотар фон Рихтхофен.

— Я нашел тех двух людей, которых вы искали. Но одна из них женщина! Представляете, женщина-инженер!

Джон Уэсли О’Брайен работал в середине двадцатого века инженером-металлургом, а женщина, наполовину русская, наполовину монголка, провела большую часть жизни на сибирских рудниках. Сэм Клеменс пожал им руки и вкратце рассказал о своих планах.

— Если где-то рядом есть залежи бокситов, мы, возможно, сделаем вам корабль, который вы хотите, — сказал О’Брайен.

Он был очень взволнован, и его состояние мог бы понять любой человек, получивший возможность заняться земным ремеслом. В долине Реки обитало множество мужчин и женщин, мечтавших взяться за какое-нибудь стоящее дело — пусть даже для того, чтобы убить время. Тут были дипломированные хирурги без скальпелей и пипеток, печатники без станков и бумаги, почтальоны без газет. Рядом с ними жили кузнецы без горнов и подков, скотоводы без животных, домохозяйки без детей. Чем же они могли занять себя, если пищу приносили граали, а на уборку шалаша уходило не больше пятнадцати минут? Вот и скучали продавцы без товаров, самогонщики без змеевиков, модельеры без пуговиц и булавок. А что уж говорить о проповедниках и муллах, чьи религии дискредитировались существованием этого мира? Что говорить о сутенерах и проститутках, чьи профессии пришли в упадок от обилия любителей и дилетанток? И томились от безделья механики без машин, рекламные агенты без рекламы и мастера ковровых изделий, у которых для работы остались лишь бамбуковые волокна и трава. Ковбои мечтали о быках и лошадях, а художники — о холстах и красках. Композиторы вздыхали о нотах, стрелочники — о поездах, а охотники — о дичи. И если бы этот список на том кончался…

— Я только одного не понимаю, — продолжал О’Брайен. — Почему вы решили сделать именно пароход? Подумайте сами! Раз в день вам придется останавливаться и заготавливать топливо. Это вызовет длительные задержки, а порой и стычки, поскольку некоторые общины не позволят вам забирать ограниченные запасы бамбука и дерева. Кроме того, маховики, паровые котлы и прочие механизмы выйдут из строя гораздо раньше, чем вы достигнете верховьев Реки. И у вас не хватит на судне места, чтобы разместить такое огромное количество запасных частей. Отсюда следует единственный вывод — вам нужны электрические моторы!