«Говорят, что красота – это залог счастья. А может быть, и наоборот: возможность наслаждения есть начало красоты».
– Где твой нос?! – в какой-то момент вскричал я, выпучив глаза на Стальскую.
*****
– А это тиктоник! – орал я.
– Зацени-зацени! Я робот! Стиль робот! – не отставал в проявлении безумия Стальский.
– Разложи большой стол! – скомандовал я и сам же разложил стол. – Это брейкданс, господа.
«Ахахахаха» – раздавался чей-то одобрительный пьяный смех.
Solía ser entonces como un libro abierto, pero leí la letra pequeña del texto, como un arquitecto construyendo cada efecto, correcto, incorrecto, se aprende todo al respecto.
– Это белая горячка, – дамы приглашают кавалеров! – сказал кто-то кому-то.
Saber que algunas personas quieren el daño, subir peldaño toma tiempo, toma año, con mi peluche mirando lo cotidiano, dibujos transformaban el invierno en gran verano, papá me regaló bajo mi insistencia, un juego que trataba de ocupar la resistencia, pero en la patio quisieron la competencia, fue cuando sentí mi primera impotencia, Mil novecientos setenta y shh…
– Белый медведь, слушай внимательно, медведь, меня… Себя! Медведь?!.. – говорил Стальский кому-то по телефону. – А-ха-ха-хи-хи-хиии-хи! Кха! Кх!.. Х-х-х… Тьфу!
Mil novecientos setenta y shh…
Mil novecientos setenta y shh…
– Господи, как же ты похожа на неё! Ты уж извини!.. Женщины не любят быть на кого-то похожи, как и люди, ик!.. Прости, Стальская, ик!.. Ик!.. Ой, ё!.. Ик… А!..
«Я лечу в тумане капризной птицей,
Я молчу, мне сверху не видно лица.
Знаю я, что будет туман не вечно,
Знаю я, что ты мне летишь на встречу.
Может быть, с тобой на пути столкнёмся,
Может быть, на землю вдвоём вернёмся.
А пока дороже всего на свете
Для меня свобода и быстрый ветер!»
– …Он мне такой заявляет… – что-то рассказывала мне Марта, но мой мозг отказывался понимать.
Mil novecientos setenta y siete, no me diga no, ya no lo presiente, todo lo que cambia lo hará diferente, en el año que nace la serpient shh…
*****
– Пять минут до цели. Ты готов? – бородатая морда орёт мне прямо в ухо.
– Да, чтоб тебя, всегда готов, – злобно отмахиваюсь я от напарника-незнакомца.
– Минута до цели! – снова тот же голос из той же морды.
– Готов! – я сосредотачиваюсь.
В моих руках штурвал самолёта. Облака расступаются, и моему взору предстают два одинаковых небоскрёба.