Крымский роман: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Это случилось одним летним днём в Крыму, на восточном побережье этого чудного края, где всё, что весь прошедший год спало и увядало, тут неизбежно расцветает, набираясь сил и новых красок. Где ручьи с далеких гор журчат у тебя под ногами, игриво перепрыгивая с камушка на камушек блестящими капельками. Где поля пестрят цветами всех красок радуги – и красные, и синие, и белые, и жёлтые! И раскинулись так широко, так вольно, насколько хватало глазу зоркости. А какие чудные холмы с тенистыми ложбинами, с причудливыми склонами, открываются путешественнику!

Вот на одном из таких холмов Сергей и увидел Алину. Девушка шла в хлопчатобумажной юбке, чуть не доходящей до колен, легкой футболочке белого цвета с бирюзовыми переливами на рукавах и спереди, и в широкополой сетчатой шляпке, из-под которой выглядывал немного курносый носик и удивительно карие глаза. Она вышла неожиданно с пригорка, так что загодя не подготовишься, как следует, к такой встрече. Впрочем, "вышла" – сказано несколько сухо и не отражает всего. Скорее – выплыла, выпорхнула, как одна из тех бесчисленных бабочек, порхающих на лугах во время цветения ромашек. Сергей остолбенел. Может, он и хотел повести себя более естественным образом, но все мышцы тела будто сговорились и отказывались ему подчиняться. Одни глаза говорили за него.

– Привет! – первой нарушила молчание девушка, едва сбежав с пригорка. Произнесла мягко, не навязчиво.

– Привет. – В тон ей повторил Сергей. Обычно, то есть вообще по жизни, бывал не робкого десятка, и всегда действовал и говорил сообразно ситуации, в которой оказывался, смотря с какими людьми пересекался. Но такая встреча выбила почву из-под ног привычных решений.

– Встретиться с человеком в такой глуши, как эта, просто удивительно! На многие километры холмов, лугов, тропинок здешних – ни души! А сколько я их обходила за всё время – словами не передать!

– А ты… вы… из местных? – смущаясь, спросил он.

– Можно так сказать, – засмеялась звонким девичьим смехом Алина, – гощу вот летом у мамы. Наш посёлок – вон в той стороне.

При этом её ручка плавно полетела в направлении востока. Впрочем, что-либо разглядеть там не выходило, взор плыл, как волна по морю, – то вверх, то вниз, но ни на чём не задерживался: виднелись сплошные холмы с негустой растительностью и редкими деревьями.

– Да, правда, его отсюда не видно, но если пройти вон там, а потом, ещё вон туда, да идти где-то с час, то вы как раз и выйдете к нашему посёлку!

– А что ж вы… ты… так далеко ходите по безлюдной местности? Ведь тут и обрывы, и оползни случаются. Вроде ставишь ногу на крепкий камень, вросший в землю, а он вдруг, ни с того, ни с сего, начинает ползти. Того и гляди, чтоб не сорваться и не полететь кубарем, – и кто же тогда поможет, кого звать? – видно, что юноша спрашивал не из простой вежливости, а в самом деле тревожился.

– Давайте знакомиться, – девушка протянула руку, – а то мы никак не определимся, как друг друга называть – на "вы" или на "ты". Алина – меня зовут.

И она приветливо улыбнулась, так что внутри Сергея будто разлилось тёплое ласковое море, он весь приободрился и расхрабрился.

– Сергей. А как же будем называть друг друга всё-таки?

– Давай на "ты". Сама не знаю, почему, – предложила девушка.

Они разговорились, как старые знакомые при встрече. Всё живо интересно: где кто живёт, куда и зачем идёт, чем по жизни занимается. Выяснилось, что Алина с детства каждое лето проводит в гостях у мамы, которую нежно любит. Что она учится в Московском Педагогическом Университете, мечтает работать с детками в будущем. "Какая открытая, смелая девушка!" – восторгался Сергей про себя, слушая её рассказ. Что не боится бороздить здешние высоты только потому, что в детстве тут жила и носилась по холмам наравне с соседними мальчишками. А иной раз и проворнее их!

Сергей, в свою очередь, поведал ей о серой будничной жизни, заметив, что такие праздничные дни как сегодня бывают крайне редко. Что это такое счастье: встретить прежде незнакомого человека и болтать с ним по душам обо всём на свете! Точно со старым другом, с которым вместе рос и который знает тебя лучше, чем ты сам. Сергей оживился, словно где-то внутри зажегся огонек. Касание Красоты. На далеком горизонте забрезжили её прелестные черты. Этот день приближал их к чему-то, что открывало новые края и новые пути в сердцах. Алина так весело рассмеялась какой-то его шутке, что это всколыхнуло и без того неспокойное море юношеской души. Это была не рябь, которую гонит лёгкий ветерок, а настоящая волна, одна, другая, третья, что могут повергнуть утлое судёнышко на бок, захлестнуть целиком!

За разговорами и дружным смехом время пролетело незаметно. Посёлок выглянул из-за пригорка крышами низких, приземистых домиков, огородиками и садами. Многие хозяйственные постройки тонули в густых кронах черешни, яблонь, персиков. Но вместе с тем чувствовалось, что посёлок живёт привольной жизнью: где-то виднелся дымок от костра, где-то взлетал в воздух мяч от ног мальчишек, а где-то раздавался треск от рубки топором.

– Ну вот мы и пришли! – прощебетала девушка.

– Эх, как быстро! Совсем не хочется расставаться с тобой. Какая ж досада вот так встретиться в последний день. Мне же сегодня вечером надо возвращаться на Украину. Отпуск подошёл к концу. И задержаться не могу: и билетов нет, да и таможни теперь надо проходить же.

В глазах Сергея читалась томительная надежда сродни той, какую питает, быть может, разве что осуждённый на казнь в последний день своей жизни. Надежду, что произойдёт чудо, и ему таки удастся спастись! И чудо произошло: оказалось, что Сергей родом из Харькова.

– Да и я туда через неделю еду! – воскликнула тут же новая знакомая. – У меня там бабушка живёт, и раз в год-два я езжу её проведать, везу разные передачки, гостинцы от мамы. Как здорово! Мы увидимся совсем скоро, Серёжа!

И она ему рассказала, где живёт, и как они могут встретиться. Серёжа несказанно обрадовался, и почти сразу покраснел.

– Об этом я и мечтать не мог!

Он проводил её до дверей дома, но они ещё долго стояли и разговаривали, всё никак не решаясь расстаться. Наконец, Алина вспомнила, что Серёже предстоит ещё собираться и выезжать. Он до сих пор не в городе, а ждать автобус долго предстоит. Расставание прошло трогательно и душевно. И через десять минут Сергей бодро шагал к автобусной остановке, внутри грело, точно кто-то распалил очаг в морозный зимний вечер.

Автобус пришёл быстро. Так же быстро юноша собрался, вскинул легко на плечи синий туристический рюкзак, и отправился на станцию искать машину, которая едет к российско-украинской границе. «А ведь ещё совсем недавно не было таких сложностей! Сел вечером на поезд в Харьков, а утром проснулся в Симферополе. И что же? Не нравилось, что тяжёлая дорога, пока доберёшься до моря? Вот и получите: стало-то ещё хуже!» Такие мысли стали крутиться в голове, пока маршрутное такси на восемь человек мчало его и других желающих к границе. Но вспомнил о той, что так поразила дивной красотой, вспомнил о встрече, что ждёт их через неделю, о том, что ей скажет, как будет любоваться её бездонными, детски-восторженными глазами, и все мысли тут же улетучились. «Но неделя! Целая неделя – это же такой громадный срок! Как пережить?» И вот в таких мыслях и мечтах пролетел стремглав внешний мир – и обе таможни с их оформлениями и осмотрами, и дорога на вокзал. Поезд отходил поздно, в час ночи, а приехали они к восьми часам. Проводник намекнул прямым текстом, что достаточно двадцать гривен, и можно попасть на своё место заблаговременно и лечь спать, а не маяться на вокзале. Сергей так и сделал. И вскоре мир растворился в самых радужных снах. Снилось что-то приятное, и лишь в кратких промежутках, в полудрёме, доносился грохот колёс, дёрганье вагона при остановках, мельканье станций и ночных лиц пассажиров на них. Потом он снова погружался в сладостные сны, как аквалангист ныряет в полюбившееся место, и мир растворялся, таял в ночной мгле.

Восход солнца застал его на ногах, бодрого и готового к началу новой жизни. С энтузиазмом смотрел он за окошко вагона: знакомые места представали там, но, вместе с тем, иные – в них, точно в полотно, вдохнул живость неведомый художник. Всё раскрасилось яркими летними красками, заиграло весёлыми огоньками через зелёную листву деревьев.

Неделя началась неспешно. После широких полей, высоких гор и бескрайнего голубого моря тесные и суетливые улочки, шумные рынки и магазины, мчащийся поток машин, прерываемый лишь марафонским забегом пешеходов, – всё это представало крайне далёким, чуждым, неестественным. Домой Сергей добрался быстро. Дальняя дорога, все пережитые мгновения, эмоции, как ревущий горный поток, дали знать о себе немедленно – и молодой человек забылся сном ребёнка.

Потом, конечно, постепенно началась будничная жизнь, ещё без страшной силы привычки в действиях и распорядке дня, а потому несколько более взвешенная. Но всё равно пришли дела, и закрутилось колесо рабочей недели. День прошёл, другой, третий. Но как же мучительно больно, словно нехотя, двигались стрелки часов! Услышать бы её голос, поговорить о любом пустяке, обменяться парой строк в письме, – вот всё, чего он желал больше всего на свете. Но этого не могло случиться: придя в привычные границы, он с ужасом сообразил, что они даже не обменялись ни номерами телефонов, ни адресами в интернете, – и фамилии её не знал! – один лишь адрес дома да тенистый дуб в скверике рядом вселяли надежду на встречу.

Неудивительно, что по прошествии недели, чем более близок становился назначенный час, тем всё более разжигалось в нем нетерпение и какая-то внутренняя, прыгающая радость. Как малыш ждёт чудесного праздника и подарков, так и Сергей ждал ту долгожданную минуту, когда сможет увидеть ее – ту, которая заняла все мысли и сердце.

Вот улица с яркими вывесками на магазинах, вот тротуар и люди, люди. Но нет того лица, увидеть которое так жаждал. Вот рынок небольшой. За ним знакомая, за долгую неделю-то, аллея к скверу. Тенистые дубы, каштаны, клёны, липы – всё радовало глаз. В девять часов в воздухе висела чудесная утренняя свежесть. Вскоре показался заветный дуб, огороженный с четырех сторон изящной оградкой, невысокой, всего в полроста взрослого человека, но усеянной всевозможными замочками, которые оставили здесь многие влюбленные пары в залог крепкой, нерушимой любви.