Божена Прекрасная: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Бабка Татьяна заволновалась к вечеру, когда Илья не вернулся домой. Заскочившая за солью соседка Макариха с удовольствием рассказала, что Илья был на гулянье с чужой девкой, а потом ушёл с ней.

– Что ты мелешь?! Какая девка?

– А я почём знаю какая? Не наша, из Митяевки, видать. Я спрошу у Марьи, у неё там родня живёт… А Зина-то плачет, сердешная, ей уже донесли.

Марья действительно припомнила эту девушку. Сирота, из пришлых, живёт у дальних родственников. Ни кола, ни двора, ни курицы…

Отшумела Казанская с весёлой ярмаркой, наступили будни. К дому бабки Татьяны подкатил тарантас.

– Сундук в дом, – бросил вознице Илья, а сам вышел и помог спуститься своей спутнице в белом платье и маленькой шляпке на льняных волосах.

Илья под локоток Снегурочку взял, на шаткое крыльцо ступил, в дом завёл.

– Мамаша! Где вы? Мамаша, это моя супруга Божена Станиславовна, мы обвенчались.

– Матерь Божья! А как же Зина? Как теперь людям в глаза смотреть, сынок?

– Зинаиде Платоновне я слова не давал и ничего не обещал. А с Боженой у нас взаимная любовь-с. Не смог супротив чувств идти. Боженочка, не стой на пороге, душа моя, заходи в комнату…

Всю неделю бабы ждали, что Зина пойдёт Божене косы рвать, ну или Илюшке волосёнки проредит – этот-то стервец заслужил! Но Зина даже взглядом не удостоила изменщика, когда столкнулась с ним в лавке. Яшка Сапог видел, он врать не станет. Глянула мельком и отвернулась. Гордая…

Бабка Татьяна рассказывала соседкам у колодца, что сноха белоручка, делать ничего не умеет, только книжки читает, наряды перебирает. А Илья сердится: " Много вы, мамаша, понимаете! Боженочке не надо поросёнка кормить и печь топить, у неё другое призвание".

– Гляди-ка, «призвание»! Молиться на неё теперь что ли? – зашумели бабы.

– Ой, не говорите… Ровно дурачок Илюшка стал. В сундучке еённом платья старинные, богатые. Говорит, от матери покойной остались. Перстенёк с зелёным камешком и браслетик такой же… А больше и нет ничего… Скоро, должно, в Ярославль уедут. Она всё теребит: когда, когда…

А потом разразился скандал на всю деревню. Илюшка-то никакой не богач, половым в трактире ошивался, выгнали, небось, если назад не торопится.

Почесали языками, перемыли Илюшкины косточки все до единой, да и забыли. В деревне что ни день, то новые новости. Приехал генерал-вдовец в усадьбу с сыном и дочерью. Баб из деревни звали дом прибрать, дом огромный, комнат, почесть, сто. Картины, зеркала кругом… И рояль в зале. Это чтоб дочь генеральская играла, не забывала музыку…

***

– Девочка! Тебя как зовут? Оля? Ты знаешь где усадьба?

– Знаю, тут недалеко, – ответила Олька.

Божена, наряженная в кружевное платье, шляпку и туфельки на каблуках, стояла у колодца и улыбалась.

– Проводи меня в усадьбу – получишь гривенник. Хорошо?

Ещё бы! Олька с готовностью бросила вёдра и повела Снегурочку в усадьбу, немного стесняясь грязных ног и старой юбки. Как только показались башенки усадьбы, Божена дала Ольке монету и отправила домой: назад, мол, сама дойду.

Оказалось, что Божена к генералу приходила проситься на место учительницы музыки. Генерал подвёл её к роялю и попросил сыграть по нотам. Она играла какую-то красивую мелодию, бегая пальчиками по клавишам, а генерал смотрел. Наверно она хорошо играла, но если бы даже и плохо, то всё равно бы взял – так нянька детей сказала. И ещё сказала: «Попал, как кур в ощип наш Николай Григорьевич». Ребята потом всё думали: как это – «в ощип»? И зачем его щипать, он и так с лысиной…

Илья запротивился, конечно, да только слушать его Божена не стала. Присылали за ней коляску с кучером, Божена садилась, подобрав подол кружевного платья, и уезжала, Илья зубами скрипел, да кулаки сжимал.

– Мамаша! Мамаша, собери мои вещи, мы уезжаем!

– Куда, Илюшенька? – испугалась бабка Татьяна, чуть пойло поросёнку не опрокинула.

– В Ярославль. Давно пора. Я на станцию за билетами!

– Соберу, соберу не сумлевайся…

Вечером приехала сияющая Божена с букетом роз из генеральского сада. Оглядела недоумённо раскрытые сундуки и чемоданы.

– Что это значит? – Вуальку откинула, точно глазам не поверила.