Машина: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Вот уже несколько месяцев, мне заново приходилось учиться рисовать. По профессии я дизайнер и должна хорошо рисовать. Но теперь, мне кажется, что если я смогу рисовать, хотя бы на уровне пятилетнего ребенка, то это уже станет достижением. Мои движения все еще остаются резкими, рваными, неуклюжими .

Прошел не один час, прежде чем я окончательно сдалась. Попытка за попыткой, это сильно изматывает. К тому моменту гнев и ярость на себя переполняли меня, за свою беспомощность, за то, что не способна даже провести на экране ровный круг чертовой рукой. В конце концов, я просто попыталась смахнуть, скинуть, избавиться от всего, что стояло на столе, но вышло так неловко, что я сама потеряла равновесие и упала на пол. В гневе, я стала колошматить руками по полу, пока силы не покинули меня.

– Я так больше не могу! – прокричала я, нервно всхлипывая, – Это невыносимо… – повторяла я, обхватив руками ноги и скрючившись на полу в позе младенца.

Так я и лежала, на полу своей квартиры, с красным лицом, вся в слезах, презирающая себя и не понимающая, за что мне все это.

Не знаю, сколько времени я провела в такой позе. Но меня прервал голопроектор. Включилась передача, про первого в мире человека, сознание которого, перенесли в тело робота. Мне очень хотелось посмотреть на него, ведь в некотором смысле мы с ним схожи.

Первое время изображение немного рябило, но быстро стало четким. И передо мной, появился ведущий и его гость.

– Дорогие дамы и господа, прямо сейчас , у нас в студии находится первый в мире человек, полностью отказавшийся от своего тела в пользу кибернетического. Давайте поприветствуему Хоакина Стевинсона! – с большим рвением приветствовал своего гостя ведущий.

Зал поддержал его громкими аплодисментами, но нашлись и недовольные.

– Хоакин, надеюсь вас не обидит этот вопрос, но судя по результатам опросов, больше всего наших зрителей интересует именно это, что вы чувствуете? Чувствуете ли себя чем-то большим, чем простой человек?

– Если вы спрашиваете, про чувство голода, потребность во сне и подобном, то нет, я не чувствую ничего из этого. Но я все еще могу ощущать радость от того, что могу снова ходить, чувствую гнев. Эмоции остались при мне.

– Как давно, вы вынашивали идею, заменить свое тело, на кибернетическое?

– Наверное, через год после трагедии. – скрипучим, металлическим голосом ответил Хоакин.

Ведущий задавал своему гостю вопросы, тот отвечал, а я, как завороженная, наблюдала за ним. рассматривала его механическое тело, и подмечала то, как он двигается, как говорит, Его движения были такими же неловкими, как и у меня, ему явно было непривычно пользоваться новым телом.

И глядя на него, слушая, как он рассказывал о своих неудобствах , и о воспоминаниях о происшествии, которое отняло у него возможность двигаться, до этой глобальной модификации. Это пробудило во мне воспоминания о трагедии, после которой, мои руки перестали мне принадлежать.

.

Мы с моим бывшим мужем развелись, это обычное дело, когда оба в работе, и не могут уделять внимание друг другу. Но после развода возник вопрос о том, с кем останется наша дочь. Мой бывший муж был адвокатом, у него была отличная репутация, а я была малоизвестным дизайнером, зарабатывала меньше него, причем я переехала из другой страны, в итоге суд я проиграла.

Есть законы, которые запрещают вождение в пьяном виде, так что теперь машины оборудованы устройствами, которые не позволяют завести машину если вы выпили. Лучше бы, конечно, выпускали автомобили с автопилотом, а такие даже конструировали.

Так вот, я не была пьяна, но теперь думаю, что лучше бы я напилась и не смогла поехать. Сложно управлять автомобилем в подавленном состоянии, в тот момент я считала, что весь мой мир рухнул, и ни на что не обращала внимания, ни на скорость, ни на слова подруги, что пыталась успокоить меня по громкой связи, ни тем более на дорогу. В тот момент имело значение лишь то, что я потеряла свою дочь.

Я считала себя неудачницей, глупой девчонкой, именно тогда я возненавидела себя. И вдруг на дороге я заметила маленькую девочку. Как я и говорила, сложно управлять автомобилем в таком состоянии, я попыталась вырулить. Машина резко повернула налево, я обернулась назад и увидела, что девочка лежит на асфальте. Я отвлеклась от дороги и не увидела машину, что выехала мне навстречу. Я не слышала звука удара, скрежета металла или чего-то подобного. Просто вдруг стало темно.

Следующее что я помню, это то, как меня пытаются достать из автомобиля, я смотрю на свои руки и ничего не понимаю. Правая рука до самого предплечья была похожа на какое-то месиво, торчали обломки костей, свисала пара кусков мяса, в то время как на левой руке не хватало кисти.

В больнице, мне поставили кибернетические протезы. Я знала что этим все закончится, но не была готова к этому. Врачи заменяют органы и конечности на механические, могут даже сделать искусственную кожу. Все упирается только в ваши финансы. Одни люди берут жутко дорогие протезы с множеством функций, а те у кого нет денег обходятся дешевыми, либо берут кредиты.

До аварии я только слышала, что есть люди, которые только и делают, что берут кредит за кредитом, чтобы модифицировать свое тело, и мне казалось, что это просто байки, пока я не увидела несколько таких в больнице, мы лежали в одной палате. Один из них специально отказался от своих органов, чтобы заменить их на механические.

Я спросила у своего врача, не знает ли он, почему этот человек так поступил?

– Кто-то, просто не хочет чувствовать себя калекой, например вы. А кто-то создаёт своё бессмертие. – доктор кивнул в сторону больного .

Пока я была без сознания врачи связались с моим бывшим мужем. Он смог оплатить мне операцию и создание протеза, не самого лучшего, но он понимал, что для меня это было необходимо.

Мне велели раз в неделю вкалывать ампулу с лекарством, оно частично снижает иммунитет, улучшает проводимость между мышцами и механическими элементами и замедляет отторжение имплантов.

После того, как меня выписали из больницы, бывший предложил переехать к нему, чтобы вместе с дочерью можно было присматривать за мной. Но я отказалась, мне не хотелось, чтобы моя дочь видела меня беспомощной. К тому же я не была глупой и понимала, что это временно, мы не будем и дальше жить как раньше, и рано или поздно мне придется уехать от неё. Я только согласилась с тем, чтобы он иногда навещал меня и помогал с оплатой счетов. От него же, я узнала, что та девочка, которую я задела машиной, осталась жива. Но я была зла на неё, потому что считала её виноватой в том, что со мной произошло, ведь если бы не она, то я бы заметила водителя, который в меня врезался.

Потребовалось время, чтобы принять факт, что я сама во всем виновата. От этого не стало легче, а ненависть в себе только усиливалась. Подливало масло в огонь еще и то, что мне не нравилось чувствовать себя калекой. Я стала раздражительной, часто выходила из себя, все это накатывало волнами и хватало одной мелочи, чтобы я вспыхнула от гнева, как спичка.

Бывший решил, что будет отличной идеей привезти нашу дочку ко мне, чтобы я могла успокоиться и повидаться с ней. Но все прошло ужасно. Именно о том дне мне не хочется больше всего вспоминать. Уже не помню, из-за чего я накричала на него, он не выдержал, и не остался в стороне, и так, слово за слово мы узнали друг о друге всё что думали, не только о последних месяцах жизни, а вообще. Самое ужасное, что это услышала наша дочь. Я посчитала, что это именно он, виноват в этом инциденте и запретила ему появляться у меня дома. Позже он еще приходил пару раз, но я заблокировала ему доступ к моей квартире.

Собравшись с мыслями, я поднялась с пола. Программа уже закончилась и начались дебаты. В этом шоу телеведущие разговаривали с одним из приглашённых гостей. Он был депутатом и сторонником движения против имплов. Так они называют нас, людей которые имеют хоть какие-то модификации тела.